Внутренний мир главного героя Памяти Асами рушится под ноги. Его глаза способны передать любые эмоции — будь то испуг или умиротворение. Но сейчас он знает, что для себя безопаснее остаться непроницаемым и осторожным. С Аки всегда следует быть настороже — ее подруги часто внезапно перемещаются в опасные ситуации....
Черты его лица были смутно знакомы Асами, но он презрительно отвернулся от истерзанного тела.
- Я шлюх не считаю, у меня их много. Еще аргументы?
- Значит, мы можем делать с ним все, что захотим?
- Это ваши проблемы, моё слово остается неизменным. У вас три дня, - сказал он и вышел прочь из этой дыры.
Юноша сиротливо сжался, испуганно уставившись на своих пленителей. Дальше не было ничего, кроме боли и леденящего душу смеха. Иногда сознание фотографа прояснялось, но тут же схлопывалось, как сломанная игрушка. Его предал любимый и близкий человек, отдав на расправу каким-то уродам.
***
Продав квартиру и все ненужные вещи, Акихито пошел в редакцию, написать заявление по собственному. Оставалось лишь отработать две недели неустойки, так как за Акихито были закреплены несколько фотосессий и репортажей, которых в этот загруженный период нельзя было перекинуть на кого-то другого.
Оставив всё в ящике стола: документы и карточку с деньгами, - Такаба поехал в центр, отрабатывать свою последнюю зарплату.
Не успел он перейти дорогу, как чьи-то руки схватили его и втянули в машину, на голову накинули какой-то мешок из плотной ткани.
- Асами, блядь! – взвизгнул Аки. – Отпусти меня, идиота кусок, мне похрен на твои оправдания… - удар по голове прервал поток брани.
Очнулся он в неизвестном месте. Ощущения боли были столь яркими, что слезы брызнули из глаз. Пока он был в отключке, его били и довольно сильно, но, кажется, руки-ноги были целы.
- Очнулся, гаденыш? – удар ногой под дых заставил паренька согнуться и застонать от боли. – Потерпи, сейчас твой хозяин придет.
Через какое-то время его подняли на ноги и поволокли в более просторное помещение, где было довольно много народа. И Асами, чьи глаза равнодушно и холодно смотрели на фотографа, словно он впервые видит Такабу.
- Смотри Асами, твоя шлюшка… - под эти слова его вытолкнули вперед, позволяя предстать во всей красе.
- Я шлюх не считаю, у меня их много. Еще аргументы? – прогрохотали жестокие слова как приговор. А, собственно, почему как? Они решили участь фотографа, оставив один на один с разъяренными бандитами, которым не удалось добиться желаемого. Акихито буквально кожей чувствовал ярость и слепую ненависть со стороны головорезов.
Только Киришима с жалостью посмотрел на Такабу и дернулся в его сторону, остановленный властной рукой Асами.
