Она прислоняется ко мне, кладет голову на грудь, делает впрыск, на секунду замирает и делает еще один.
Ее грудь быстро поднимается и опускается. Я прижимаю ее к себе.
Она так ослабла, что как будто тонет во мне, но ее дыхание постепенно замедляется, и она начинает дышать глубже.
Проклятье. Она пыталась предупредить меня, пока мы бежали по коридорам, но я не слушал."
"Что бы я делал, если бы она где-нибудь забыла или выронила сумку и лекарство было бы не достать?
Я крепко ее обнимаю и впервые чувствую, какая она маленькая в моих руках. Мне всегда казалось, она высокая. Может, потому, что она никогда не отступает, а самомнение у нее выше Эйфелевой башни.
Я прижимаю ее голову к груди и зарываюсь носом в волосы.
– Все хорошо, – говорю нежно. – Я тебя держу.
– Мое сердце не перестанет биться, – отвечает она. Ее голос все еще слаб, но видно, что она понемногу приходит в себя.
– Знаю, – улыбаюсь я. – Я это чувствую.
Я правда чувствую грудью, как бьется ее сердце, тело наполняется силами, а дыхание успокаивается.
Ну и что мне теперь делать с этой девушкой? Только я подумал, что пора бы ее отпустить, как она еще сильнее прижалась ко мне.
И так всегда. Как только понимаю, что не могу больше выносить ее, собираюсь уйти в закат и никогда не оборачиваться, приходится обернуться, чтобы проверить, все ли с ней в порядке.
Ее руки, прижатые к телу в моих объятиях, вздрагивают, и она отстраняется.
А потом поднимает глаза. Немного сконфуженная, молча опускается на колени и берет рюкзак.
Встает, сжимает губы и осматривается.
Сигнализация замолкает, но у меня нет ни малейшего представления, что происходит за пределами библиотеки. Может, они подумали, что мы сбежали из школы, а может, и нет. В любом случае сейчас Райен нельзя отсюда выбираться.
– Ты никому не расскажешь о том, что случилось сегодня вечером. Тогда я буду молчать о том, что ты был здесь, – говорит она. – Понятно?
Она отворачивается и уже собирается уходить, но я ловлю ее за руку.
– Думаю, людям понравится эта версия тебя.
– Друзья меня возненавидят.
– Они и так тебя ненавидят. И не они одни.
На долю секунды ее лицо становится сердитым, но это тут же проходит. Она смотрит на меня, вызывающе приподняв светло-русую бровь.
– Зачем им притворяться?
Я продолжаю напирать.
– А зачем люди соревнуются друг с другом и играют в игры?
Она делает шаг в сторону, пытаясь уйти, но я не даю ей этого сделать.
– Не уходи.
– Это все не твое дело! – громким шепотом заявляет Райен, вырывая руку и недовольно глядя на меня. – Ты меня совсем не знаешь.
– А кто знает?
Она отводит глаза. В них блестят слезы. Через секунду она добавляет вполголоса:
– Я не хочу остаться одна, – признается Райен. – Может, они меня и ненавидят, но все-таки.