Автор
В Панк 57 Миша открывает для себя новый мир, полный таинственной музыки и загадочных встреч, где каждый шаг может быть последним. Атмосфера книжного кафе в сердце небольшого городка прячет смертельную опасность, и каждый житель — или может быть — убийца.
Он тяжело дышит, а я вспоминаю те случаи, когда о нем не думала, все, чего не хотела замечать, те разы, когда я не обращала внимания на то, что происходит, потому что боялась остаться одна и стеснялась того, какая я на самом деле ранимая.
Мы были детьми, мы нравились самим себе и были счастливы. Когда все успело измениться?
Я протягиваю руку, выбрасываю тряпку в мусорку и смачиваю водой бумажное полотенце: пусть протрет шею.
Даю ему полотенце, опираюсь на столик и пытаюсь унять слезы.
Это безумие. Как он может так себя истязать? Он должен верить, что все наладится.
Но я смотрю на него и вижу только залитое слезами лицо, мешки под глазами и пустой взгляд. Он с отсутствующим видом оттирает на шее кровь. У него уже нет сил ждать.
Я утираю слезы и стараюсь говорить спокойным голосом.
– Так будет не всегда.
Я хочу, чтобы он об этом знал. Но он смотрит на меня так, будто не надеется на счастливый конец.
– И когда же станет лучше?
Его слова болью отдаются в сердце. Да, когда? Сколько еще ему терпеть?
Никогда нельзя терять надежду: мы меняемся, изменяются наша жизнь, наше окружение. Когда-нибудь этот ужас закончится.
Но это не значит, что сейчас мы бессильны. Я не могу изменить его жизнь, но кое-что сделать все-таки могу.
Я поднимаю и протягиваю ему рюкзак. Взяв за руку, тяну его в коридор. Мэнни на ходу выбрасывает в урну мокрые полотенца.
Мы проходим через холл и идем в столовую.
Но он этого не делает. Держась за руки, мы встаем в очередь и слышим, что вокруг все затихают, а народ за столиками начинает шептаться.
Я беру два подноса и отдаю один Мэнни.
– Зачем ты это делаешь? – тихим голосом спрашивает Мэнни. – Я же тебе не нравлюсь.
– Ты всегда мне нравился, – говорю я, поворачиваясь к нему. – А еще мне нужен друг.
Когда я вела себя как уродка, в этом не было ничего личного по отношению к Мэнни.
Очередь движется, а у меня начинает гореть спина: все смотрят на нас. Надеюсь, это моя паранойя. Если нет, то, наверно, они восприняли это как вызов. И нет Миши, чтобы защитить меня.
Но мы справимся.
– Я всегда ем в библиотеке. – Мэнни нервно оглядывается.
Я беру стаканчик с желе.
– Есть надо в столовой.
– На нас все смотрят.
– Это потому, что у тебя попка круче, чем у меня.
