Автор
В Панк 57 Миша открывает для себя новый мир, полный таинственной музыки и загадочных встреч, где каждый шаг может быть последним. Атмосфера книжного кафе в сердце небольшого городка прячет смертельную опасность, и каждый житель — или может быть — убийца.
Продолжай над ним работать. Не могу дождаться, когда прочитаю песню целиком.
Доброй ночи. Молодец. Спи крепко.
Наверное, я допишу тебе утром.
Райен.Отсылка к «Принцессе-невесте» заставляет меня усмехнуться. Она уже семь лет заканчивает письма этой фразой. Первый год мы писали друг другу, потому что пятиклассников заставляли этим заниматься. Учеников и учениц из наших двух классов объединили в пары, и мы должны были переписываться.
Но когда учебный год закончился, мы не прекратили писать.
И я тоже не смотрю «Дочки-матери». Это моя семнадцатилетняя сестра их смотрит, а я просто втянулся, да и то смотрел всего один раз. Не знаю, зачем я рассказал об этом Райен. Я же прекрасно знал, что нельзя давать ей повод надо мной угорать, черт возьми.
Я аккуратно складываю письмо.
А вот бумага осталась неизменной, как и ее ручка с серебристыми чернилами.
Убрав письмо в бардачок, к остальным любимым письмам Райен, я беру ручку и заношу ее над лежащим на коленях блокнотом.
– А ну смелей, накрась глаза и губы, – шепчу я себе под нос, выводя на бумаге слова. – Заклей все трещины, замажь морщины.
Задумавшись, я останавливаюсь, закусываю нижнюю губу и играю зубами с пирсингом.
– Еще б расправиться с мешками под глазами, – бормочу я, прокручивая в голове текст, – и щеки нарумянить, чтобы врать и не краснеть.
Я быстро записываю слова, хотя в темноте машины мои каракули почти не видны.
И снова вздрагиваю от пиликанья телефона.
– Уговорили, – ворчу я, мечтая, чтобы сообщения перестали приходить.
Неужели ребята не могут и пяти минут без меня продержаться на собственной вечеринке?
Я снова заношу над бумагой ручку, но останавливаюсь и напрягаю память.
