Автор
Я ещё не была уверена в том, что произошло, когда меня усаживают за стол. Летёха тайком снимает все мгновения моей больной губы и растерянного взгляда на лица тренера и друзей — Марата Тарханаова и Ивана Яшина, а отцу всё равно.
Похоже, «Папина дочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Болезненное растяжение от каждого толчка превращается в дразнящую вспышку удовольствия при каждом его движении и эти противоречивые ощущения дезориентируют мое тело.
Вцепляется с рычанием мне в мочку зубами, сдавливает...
- Ай! - с шипением вскрикиваю я, отвлекаясь на мгновение от слишком саднящих растяжений.
И в это же мгновение сокращаюсь от судороги удовольствия. Она поднимается волной и поглощает меня с головой.
- Рома… - не контролируя себя, бормочу я.
- Да, малыш…
Меня качает и изгибает, как на прибое.
Плечи под моими ладонями вздрагивают.
Чувствую, как он становится ещё больше и твёрже... Несколько нетерпеливых агрессивных рывков... и... до боли вдавливается со стоном в меня!
Распахиваю глаза, жадно ловя взглядом его подрагивающие губы и ресницы, остекленевший взгляд. Это так пронзает... Вау! Оглушает чувственностью! Мои бедра дергаются ему навстречу ещё в одной судороге. Слепну на мгновение… все расплывается…
И он полностью расслабляется на мне. Такой тяжелый... Сжимаю его крепче! Мне нравится это ощущение.
Шумно дышит...
Сползает чуть ниже на грудь.
Я улыбаюсь растерзанному, но приятному ощущению между бёдер, рисую коготками по его затылку.
Амнистия у моего кота…
Он уже равномерно сопит и ни на что не реагирует.
Телефон трезвонит. Это папа. Шесть утра… И сейчас лучше трубку взять!
- Да? - сиплю я сорванным голосом.
- Через полчаса чтобы была дома. Иначе, я верну его обратно.
Цокаю, закатывая глаза.
Но я боюсь, что и правда вернет. Поэтому тихонечко выбираюсь из теплых объятий.
Глава 41 - Отцы и дети
Воскресенье провалялся трупом. С сериалом, пирогом от Лизы и переписочками.
Она попросила дать отцу немного времени, чтобы он остыл.
Сутки хватит?
Упаковав последний кусок в пищевую пленку, забираю с утра с собой.
Еду к их дому.
Пора опять с папой здороваться. А то отвыкнет ещё от мысли про меня.
Припарковав тачку под окнами, выхожу с сигаретой и пишу Лизе.
""Доброе утро... Я тебя жду.""
Не успеваю даже отправить, как выходит майор.
- Шмелёв... - закрывает страдальчески глаза.
- Здравствуйте, Александр Михайлович.
- Какого ты тут делаешь?
- Лизу жду... - пожимаю плечами. - Мне ее надо на ленты отвезти.
- Лиза сегодня плохо себя чувствует и осталась дома, - ядовито. - Меня отвезешь!
Садится ко мне в тачку.
Вот это поворот!
Ну, окей...
Выкинув сигарету сажусь тоже.
