Автор
Я ещё не была уверена в том, что произошло, когда меня усаживают за стол. Летёха тайком снимает все мгновения моей больной губы и растерянного взгляда на лица тренера и друзей — Марата Тарханаова и Ивана Яшина, а отцу всё равно.
Похоже, «Папина дочка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И может быть, я бы даже серьёзно подумала эту мысль, но фокус в том, что я ничего не пила.
- Пересядь ко мне, пожалуйста.
- Нет, - слепо глядя перед собой, вжимаюсь в сиденье.
Он опять ложится на руки. Молчание в машине мучительно. Оно душит...
Мне кажется, что меня сейчас отключит от потока этого теплого воздуха вокруг.
Выходит, хлопая дверью. Садится рядом.
Упирается лбом в подголовник впереди стоящего сиденья.
Вытаскивает из кармана очередную открыточку со шмелем. Не глядя протягивает.
- Последний остался.
Глава 23 - Опять я
Лиза хмуро смотрит на открыточку, ведёт по ней пальчиком, поджимая губы.
Между нами такой вольтаж, что мне кажется - проводка в моей тачке точно наебнется.
И в моём мире сейчас просто надо откинуться назад, закрыть глаза и девочка сядет на тебя сверху. И я даже делаю это - закидываю голову на спинку сиденья и закрываю глаза. И умираю тихо от возбуждения. От ощущения ее так близко. От ещё не развеянного ощущения нашего поцелуя. Но моя девочка не спешит меня радовать ...
Реально ее затащить сейчас сверху?
Скашиваю на Лизу взгляд.
Это - вряд ли...
По сиденью протягиваю ей раскрытую ладонь.
- Дай...
Ну хоть что-нибудь!
Но вместо этого она лезет в сумочку достает антисептические салфетки. И встав на колени на сиденье, склоняется надо мной. Промакивает над губой. Жжет...
- Шов порвал... - шепчет она расстроенно.
- На адреналине и не почувствовал, - пялюсь в ее декольте.
Подхватывая за талию, затаскиваю к себе на колени.
- Шмелёв! Нет! - брыкается она.
Насильно усадив на себя верхом, прижимаюсь горящей щекой к ее груди.
- Рома!! - лупит меня по плечам.
Оставляю невинный поцелуйчик на ее мягкой манящей полусфере. И снова прижимаюсь.
- Ты!! Наглый! Грубый!
- Почему это - грубый?! - возмущённо отстраняюсь я, заглядывая ей в глаза.
- ""Что ты здесь делаешь?"", ""Сядешь сверху - будешь командовать!"" - с обидой кривя губы повторяет мои интонации.
- Ну, вот - ты сверху... командуй... - облизываю порванную губу.
Начала болеть зараза!
- Язык свой убери! - достает вторую салфетку.
Забираю с сиденья тонкий плед, накидываю, развернув, ей на плечи. Укутываю нас поуютнее.
Вожу невесомо пальцами по ее бёдрам, пока она сосредоточенно реанимирует мою губу.
- Так, это ещё что?.. - касается пальцами плеча.
Моё лицо болезненно вздрагивает.
Там тоже жжёт.
Рассматривает пальцы.
- Кровь...
- Да, ерунда.
- Молчи, уж.
Расстегнув пару пуговиц стаскивает мою рубаху на бок. Там небольшой порез.
