Газета не для тех, кто довольствуется готовыми ответами. Наше издание предназначено для тех, кто стремится сам размышлять и выносить собственные заключения. Атмосфера здесь оживает спором ума и чувства, где каждый имеет право быть не просто наблюдателем, но и активным участником в поисках истин....
Как вы думаете, что должен делать настоящий коммунист-революционер, когда фашисты наступают на столицу твоей страны? Оказывается, он должен поднять вооружённый мятеж. Вы скажете, что автор слегка съехал на антикоммунизме. Да нет, всё проще. Это установка небезызвестного иудушки Троцкого, так называемый «тезис Клемансо». Он считал, что именно в таких условиях легче всего взять власть. Звучит неправдоподобно, но кажется ещё неправдоподобнее то, что в Испании нашлись люди, выполнившие эту инструкцию.
К слову, английский троцкист Оруэлл, как раз тогда побывавший в Испании, выразил через несколько лет своё тогдашнее видение мира в антиутопии «1984».
Но своё видение мира, основанное на том же опыте, выражено и в книге «По ком звонит колокол» Хэмингуэя. Кстати, один московский пенсионер ещё может кое-что рассказать о том, как она была написана и про кого.
Так вот наше вмешательство в войну с фашизмом подняло авторитет Советского Союза на такую высоту, что нас полюбила даже западная интеллигенция (как ни одиозно сейчас это слово). В результате Советский Союз получил много друзей, не только среди беднейшего населения мира.
«Впереди пятьдесят лет необъявленных войн, и я подписал контракт на весь срок», – Э. Хэмингуэй.
А китайский крестьянин в солдатской форме, который главным образом и вёл войну с Японией, увидел, что существуют офицеры, которые не бьют солдат, не покупают наложниц, не торгуют солдатским рисом, не трясутся при виде доллара, не любят ни японцев, ни англичан и ничего не боятся, – и в его столетней борьбе за свободу Китая появилась надежда.
Финляндия к 1941 г. полностью восстановила и перевооружила западным оружием полумиллионную армию.
Хотя большинство испанцев не любило фашизм, не все решились «умереть стоя». Но и Франко, надо отдать ему должное, оказался ловким политиком. Он хорошо понимал, что мировая война – не его бизнес.
