Нет, ну только не сейчас!!! Что бы это ни было, неужели оно не могло немного подождать?!
Фьорду нравился этот мир.
Да, тут были свои тонкие льды и подводные грани айсберга, но по сути ему несказанно повезло. Когда он сбегал из Ледяного Чертога через неисправные порталы, то ожидал чего угодно, вплоть до огненного пекла или мгновенной смерти — но только не того, что новая жизнь окажется в разы лучше старой.
Штука в том, что Фьорд никогда не был идейным. Все эти вопли о "кровавых тварях", "прихвостнях тьмы", "слугах старого режима" и прочее заставляли его незаметно закатывать глаза. Также его мало трогали патриотические лозунги, экстатические выкрики о величии ледяных великанов и прочая чухня такого рода, которой забивали головы нубам.
С ребятами его типа такое уже не прокатывало. У него были: команда, опыт выживания и умение убивать. Не было: мук совести, лишних мыслей и проблем с выполнением приказов. Эти свои особенности он предпочитал продавать подороже по сходной цене. Скидок не бывает, ребята! Натянуть соответствующую форму и что-то громко крикнуть — можно, если надо. За премиальные.
В общем, в великую да могучую Ледяную армию он вступил по зову кошелька, как вступают на скотном дворе в то самое, отборное и вонючее. Сразу, впрочем, глубины своего счастья не понял: поначалу Ледяной Орден маскировался под обычную военную организацию, каких в их мирке понатыкано столько, что попробуй не вступить.
Выращивать драконов на фермах, чтобы продавать по частям охочим до силы иномирным магам, Орден начал позже. Тому зубы, тому глаз, тому сердце — отличный, надо сказать, выходил заработок. Всем бы так.
Фьорд никогда не был идейным, он любил деньги и считал, что если вот за этот труп не заплатят тебе — заплатят кому другому. С тем же эффектом. Так зачем париться? Ты пытаешься убить, тебя пытаются убить — извечная мужская забава, выживает сильный и удачливый. Никаких сантиментов.
Только вот проблема: одно дело — драться с драконами на поле боя или сражаться со взрослыми особями. Огромные ящеры, достойные противники, плюющиеся кислотой и тьмой; кровь, рёв, веселье — прилагаются. И да, бывают сопуствующие жертвы и среди мирных: кого-то попользуют, кого-то прирежут. Так работает реальная война, и, как бойцов в кулаке ни держи — вещи случаются. Это норма. Но вот когда дело дошло до драконьих семей на фермах, градус веселья резко убавился. В смысле, до ста лет они совсем беспомощны — девушки, парни, дети. И выглядят, как люди, один в один. И чувствуют тоже.