У Ири же с этим проблем не возникло: она дёрнула головой, словно получив противоречивые сведения, а после быстро пошла куда-то.
Прошло пару мгновений, и Игорь тоже расслышал тихое и плачущее:
— Помогите! Кто-нибудь… мама! Мамочка…
Игорь чуть не спрыгнул с драконьей спины, но Ири удержала его крыльями.
"Сиди там", — попросила она весьма мрачно. — "Всё понимаю, но не факт, что мальчик вообще жив — его аура изменилась, и, можешь мне поверить, не в лучшую сторону. Возможно, он, как почти любая приличная новообращенная нежить, своими криками еду пытается приманить".
— Думаешь, он может на тебя напасть?
"На меня, всё же, вряд ли, — звучало немного ворчливо. — Хотя, далеко не все новообращённые сохраняют хоть видимость интеллекта".
— Помогите, помогите…
Звук становился всё громче, смешиваясь с журчанием воды, и вскоре они вышли к границе обгоревшей травы, проходящей по берегу мелкой речушки. Тут огонь кое-где ещё не до конца погас.
В воде и обнаружился Макс — внезапно в компании какой-то большеглазой пушистой ерундовины, представителя, так сказать, местной крайне разнообразной фауны. Они оба (и Макс, и представитель) были мокрыми, цеплялись за камень и выглядели, прямо скажем, не очень.
Рожа у мальчишки была исцарапана, зарёвана, местами покрыта копотью и бледна, как смерть. Он и дракона-то не сразу заметил — все силы уходили на то, чтобы держаться за камень. И то, кажется, большую часть этой обязанности возложила на себя пушистая ерундовина, цепкие коготки которой удерживали мальчишку на плаву.
— Игорь, — в глазах мальчика вспыхнула сумасшедшая надежда. — Помоги. Пожалуйста! Не бросай меня здесь!
— Фиииих-я! — поддержала пушистая ерундовина.
"Не понимаю, — отметила Ири. — Его сердце бьётся, и аура выглядит живой. Но она ужасно покорёжена, и его огонь… его просто нет! Ну и, ко всему, обниматься с детёнышем кибиву, пусть и новорожденным — не самая светлая из его идей. Непонятно вообще, как он жив до сих пор — эти зубы даже мою броню прокусить могут"
— Так, — тут же встряхнулся Игорь. — Значит, оставайся на месте! Не хватало ещё, чтобы тебя покусали!
С этими словами он ловко извернулся, соскальзывая с драконьей спины. Получилось легко и непринуждённо — чем больше времени он проводил в этом мире, тем легче ему давались некоторые акробатические этюды. Тело становилось словно бы легче, но при этом работало, как отлаженный механизм. Влияние местного климата, не иначе! Как с Криптона на землю прилететь, да-да.