— А почему именно двадцать четыре?
— Ну да, совсем не факт, что ваши меры измерения равны нашим… давай так — никто не может быть сильным постоянно.
— Спасибо, — шепнула она, и их губы, наконец-то, встретились…
А мгновение спустя двери распахнулись от сильнейшего удара.
Даже с новой скоростью Игорь не уловил тот момент, когда Ири оказалась на ногах, на шаг впереди. По её одежде заплясало пламя. Секунду спустя в зал ворвался юноша, красивый, утончённый, статный и совершенно безумный на вид. За ним клубилась тьма, чёрная и пугающая.
— Где она?! — взревел пришелец так, что стены задрожали. — Где?!
— Успокойтесь, господин Эт! — рявкнула в ответ Ири чуть тише, но не менее внушительно. — Всё крыло некромантов забито ранеными, в том числе благодаря вашим с Диве выходкам. Проявите толику уважения и убавьте звук! Тут спят больные!
— Меня это не интересует! — ощерился "господин Эт", надвигаясь.
— Ах, во имя Неба! — рыкнула Ири. — Право, вас что, воспитали в какой-то крысиной яме? Я никуда вас не проведу, пока вы не успокоитесь и не вспомните о манерах!
— Как же ты меня достала, высокомерная жестокая стерва! — вызверился этот хам. — Речь о моей паре! У тебя вообще есть сердце?
Раздалось яростное, злобное рычание. Эти двое изумленно оглянулись, и только тогда до Игоря дошло, что рычит, оказывается, он сам.
— Не смей так с ней говорить! — прошипел он. В коридоре, освещённом магическими светильниками, подозрительно замигал свет.
— Какая радость, — ощерился Эт. — Я как раз планировал сменить прикроватный коврик…
— Прекратите, — в голосе Ири появились откровенно опасные нотки. — Господин Эт… может быть, у меня и нет сердца, но я прощу вам ваше поведение. Только потому, что понимаю, что это такое — тревога за пару.
Пришелец моргнул, посмотрел на Игоря, потом — на Ири. Поднял брови.
— О, — сказал он. За этим явно должен был последовать монолог, но Ири прервала его на излёте.
— Диве будет в порядке, — сказала она серьёзно. — Она, очевидно, приняла слишком много не самой качественной пыльцы фейри, но это обратимо. Однако, вы, надеюсь, и сами понимаете: вы должны взять себя в руки. Не стоит входить к ментально пострадавшему существу в состоянии полного душевного раздрая. Это не только неэтично, но и банально опасно. С учётом открывшихся обстоятельств, можно сказать, что Диве — моя компаньонка. Я отвечаю за неё, как выходец из Старшего Дома, и не могу позволить вам подвергать её риску.
