Диве знала лишь один способ добиться этого. Она шагнула к сундучку, где прятала то немногое, чем истинно дорожила, и бережно достала старую музыкальную шкатулку. Фигурный ключик медленно повернулся, воскрешая в памяти воспоминания о матери. Раз, два, три, щелчок…
Диве сделала шаг назад, слушая, как шелестит что-то внутри шкатулки. Она поднялась на носочки, вытянулась, точно струна, обретая равновесие, раскинула руки, словно крылья, после — замкнула их в замок за спиной и сложилась пополам, касаясь животом и грудью ног, дыша в собственные колени.
— Ты должна чувствовать равновесие, — голос матери звучал сквозь время, как путеводная нить. — Между тем и этим, между да и нет, между ложью и верой, между отчаяньем и надеждой. Равновесие, Дивера. Представь, что ты садовая игрушка, подвешенная за макушку; представь, что ты геометрическая фигура, сквозь которую проходит единственная ось. В жизни, в дружбе, в колдовстве, в любви, в танце самое важное — отыскать равновесие. Медленно выдохни — и ощути его. Изгибайся, подстраивайся, двигайся, но не позволяй оси сломаться, не позволяй ниточке порваться. Равновесие… мы никто без него.
Она выпустила воздух из лёгких, слыша, как открывается шкатулка, выпукская на волю первые звуки знакомой до последней ноты мелодии. Она плавно распрямилась, выгнулась, с наслаждением чувствуя, как оживает тело, растягиваются мышцы, смываются сомнения и дневная усталость. Осталось лишь одно — ось равновесия, пойманного и потерянного, невидимые верёвочки, удерживающие за макушку, и ритм. Диве не смотрела, но знала — благо, выучила каждое движение до последнего — что как раз сейчас поднимаются из глубин шкатулки две фигурки, чтобы заплясать под музыку. Девушка и черный дракон танцевали там, на столе, и Диве кружилась по комнате вместе с ними, отдаваясь танцу — лишь ему одному! — до конца, растворяясь в нём.
— Это потрясающе, — хриплый мужской голос ворвался в её мир, разбил на осколки. Она словно почувствовала, как рвётся нить, её ноги подломились, и она рухнула к ногам дракона… точнее, это едва не случилось — магия бережно подхватила её у самой земли.
— Прости, — сказала Эт, глядя на неё глазами, полными тьмы. — Я не хотел пугать. Просто ты… это самое великолепное, что я когда-либо видел.
— Что… что вы здесь делаете?! — Диве была слишком шокирована, чтобы играть, слишком зла и растеряна.