В осеннем мраке на военном аэродроме тишина прерывается только глухим храпом дежурного офицера. Десятый сон батальона спецназа создает напряженную, почти устрашающую тягостность. Ответвление от основной реальности — это караулы в спокойных кают-компаниях и ожидание бодрых чудес осенней ночи, которое может превратиться в кошмар без предупреждения....
– Медик? Где медик? Что, опять нету? – Капитан Шилов чертыхнулся, склонился над угоревшим и принялся делать ему искусственное дыхание."
"А сухостой на пригорке уже пылал вовсю. Огненный вал катился вниз прямо на десантников.
– Чего встали? – Батяня извлек саперную лопатку. – Ты, ты и ты – копай траншею. Остальные со мной рубят лес. Вода у всех во флягах? Быстро смочить платки – и на лицо. А то ведь все угорим на хрен!
Стук топоров, тяжкий грохот падающих наземь стволов, сухой треск горящей древесины – все это слилось в один кошмарный звук.
Майор устало опустился наземь, прислонившись спиной к пеньку, смежил веки и только теперь понял: в подобных случаях принято вызывать авиапожарную службу местного МЧС. Зачем же тогда было гнать военно-транспортный «сарай» с элитными парашютистами от самого Поволжья? И почему тогда был дан приказ «занять оборону, наладить связь и ждать подкрепления»?
Капитан Шилов еще полчаса назад связался с командованием и доложил о пожаре.
– Андрей, – голос капитана Шилова прозвучал напряженно, – наши ребята тут источник пожара отыскали. Чуть поодаль – лесная просека и труба нефтепровода. Похоже, кто-то спецом поджег… С расчетом, что нефтяная труба бахнет.
– Никто из наших не обгорел? – устало спросил Батяня, не открывая глаз.
– Компрессорную станцию, видимо, вовремя отключили, так что нефти в трубе не было, – Капитан присел рядом с приятелем. – А почему нас в воздух подняли, а не МЧС?
– Вот и я об этом думаю. Может, на трубе какие следы подрыва?
– Все осмотрели, ничего не заметили. Вообще-то меня в военном институте другому учили.
– Труба, конечно же, «Газнефти»?
– А то чья еще?
– А я, Паша, недавно читал, что у них там едва ли не собственная армия организовывается.
– Армия? И что – танки, БМП, авиация… Может, еще и спецназ? – искренне удивился Шилов.
– Нет. Что-то вроде охранных частей. Так написано официально. Но с правом стрелкового оружия… и, конечно же, его применения в рамках закона.
– И с кем же они воевать собираются?
– Спроси что-нибудь полегче. Может, с рэкетом, – задумчиво предположил майор Лавров.
