В осеннем мраке на военном аэродроме тишина прерывается только глухим храпом дежурного офицера. Десятый сон батальона спецназа создает напряженную, почти устрашающую тягостность. Ответвление от основной реальности — это караулы в спокойных кают-компаниях и ожидание бодрых чудес осенней ночи, которое может превратиться в кошмар без предупреждения....
Необходимо было как можно скорее отыскать путь к спасению – всем им угрожала смерть в огненной ловушке. Майор заметил, что туземный проводник слегка отпустил удила своего верблюда, позволив ему самому отыскивать дорогу. У Батяни такого взаимопонимания с доставшимся ему животным быть не могло – ведь с тех пор, как он оседлал его, прошло только три дня. Он не стал слепо доверяться чутью своего верблюда, а повернул его вправо от направления движения, выбранного проводником – возможно, именно там находился выход из огненной западни.
Этот дым беспокоил его верблюда еще сильнее, чем надвигающийся огонь – лишенный не только зрения, но и обоняния зверь совершенно перестал слушаться и как будто бы взбесился. Какое-то время майор Лавров еще пытался справиться с мечущимся во все стороны дико кричащим животным, но в конце концов, прекратив ставшие безнадежными попытки, оставил верблюда и отправился дальше пешком.
Не в первый раз майор Лавров оставался один на один с надвигающейся на него смертью. В подобные минуты смертельной опасности в его памяти не раз проходила вся его жизнь – учеба в военном училище, служба в отдаленных гарнизонах, сначала Советского Союза, а потом России, боевые афганские будни, служба командиром отдельного батальона ВДВ и связанные с ней бесчисленные командировки, в том числе и в самые отдаленные уголки нашей планеты.
"Все пространство, окружающее майора, было затянуто едким, удушливым дымом.
