— Это заповедная земля, — будет учить меня Борис, — здесь не любят, когда шумно.
И ведь я поначалу решу, что врёт… Но это будет потом, а пока я стояла во тьме и с чувством пинала колёса своей машины, ненавидя весь мир.
Я же умная… была когда-то. Но жизнь с Нечаевым меня избаловала, приучив к тому, что практически любую проблему можно решить, найдя нужного человека за деньги. Происходи это всё в городе, давно бы вызвала эвакуатор, но я была неведомо где… а телефон, потерявший сеть давным давно, ещё и разрядился. Хотелось есть, вымыться, спать. А ещё здесь были комары размером с птеродактилей.
— К утру умру от потери крови, — решила я. — Или от переохлаждения.
Поначалу даже находила в себе силы фыркать и саркастически смеяться над собой, поражаясь тому, насколько всё нелепо.
Но уже ближе к полуночи стало не до смеха. Лес вокруг полнился звуками — шелестом листвы, треском веток, криками ночных птиц, воем какой-то неведомой мне твари. От греха подальше закрылась в машине, безуспешно попытавшись завести её ещё раз. Стало по-настоящему жутко, страх стальной рукой сковывал горло, заставляя до крови кусать губы и пускать едкие слёзы.
Зато в груди билось яростное желание жить.
Боже, какой же идиоткой я была, когда собиралась помирать из-за какого-то там Нечаева! Сейчас всё случившееся вообще казалось иллюзорной игрой чего-то больного разума.
Изведя себя вконец, я вырубилась, уснув уткнувшись лбом в руль. Поначалу снился мне один бред: неясные образы, смутные тени, обрывки фраз, которые будто бы облепляли меня, унося куда-то далеко-далеко. А потом туман слегка рассеялся, и передо мной появился лопоухий мальчик, в его глазах читалось явное недовольство.
— Ну ты чего?! — обиженным голосом предъявил он мне. — Ты же почти уже пришла! Как ты можешь сдаться сейчас?!
— Я не специально, — пролепетала как-то совсем по-детски, — но… но я не знаю, что делать. Пытаюсь, пробую… но всё не… получается.
Оправдывалась, сама не очень сознавая за что. Зато мальчонка всё понимал прекрасно.
— Для начала проснись, — посоветовал он, — а дальше разберёмся.
— С чем? — хотела спросить его, но яркий свет ударил мне в лицо, возвращая из небытия. Фоном слышался громкий стук по стеклу и чей-то настоятельный крик:
— Нина Евгеньевна!
***
При свете солнца окружающая действительность больше не воспринималась столь угрожающей и даже лес, который в ночи казался непроходимой тайгой, в какой-то момент рассыпался на мелкие островки, а позже и вовсе перешёл в лысые холмы. Вообще, здесь нашлось место всему — горам, вековым соснам, бескрайним полям, кривоватым берёзкам, разбросанным повсюду, разбитой виляющей дороге… а в центре всего этого расположился его величество Байкал.
На помощь мне пришёл лично глава поселения.