Лучше б пощёчину мне дал, ей-богу.
— А-а-а-а-а, — зарычала я, кидаясь вслед за Нечаевым.
— Только не убей его, — из своей комнаты подал голос Паха.
***
На улице уже вовсю царил мрак. Редкие огни в окнах домов светили едва-едва. Но я всё равно разглядела каким-то чудом силуэт Ильи за оградой.
— Ты! — завопила, хватаясь за первое, что попалось мне под руку, вернее под ногу. — Как же я тебя ненавижу!
После чего от души швырнула в Нечаевскую тень. По иронии судьбы в качестве снаряда для метания я выбрала расколотый кусок полена. Летел он красиво (я предполагаю, в ночной тьме было не разобрать) и попал ровнёхонько в почти бывшего мужа.
Илюха чертыхнулся и зашипел.
— Нина! Что ты творишь?
— Ненавижу тебя! — повторила с ещё большим чувством. — Ты мне всю жизнь испортил! Заставил поверить в то, что я что-то для тебя значу! Раз за разом! твердил одно и тоже. Даже после того как всплыл Егор, продолжал делать вид, что я для тебя что-то значу. А сам переживал только за свой грёбаный бизнес!"
"Второе полено нашлось не сразу, поэтому к моменту броска Нечаев успел пригнуться и увернуться от столкновения с летающим объектом.
— Что за бред ты несёшь?!
— А что, скажешь нет? — третье полено пролетело куда-то мимо, глухо ударившись о землю. — Это твоё «Мы в ответе за наших людей» — хочешь сказать, что это не твоя попытка сохранить бизнес?!
Он замер. Но я будто не заметила этого, продолжая сыпать проклятиями, обвиняя его едва ли не во всех разочарованиях этого мира. Считала ли я так на самом деле? Вряд ли. Но на тот момент горечь от его приезда была настолько сильной, что сдержать себя в рамках разумности ну никак не выходило. И если до этого развод был моим решением и моим требованием, то сейчас он будто бы отобрал его у меня.
Я опять наклонилась, шаря рукой по жухлой траве в поисках чего-нибудь, чем можно было от души запустить в Нечаева, но, как назло, ничего подходящего не находилось. А пока я шурудила по земле, чёрная тень метнулась в мою сторону. И уже в следующее мгновение я, резко оторванная от земли, взлетела в воздух. Илюха держал меня за предплечья, и вроде как не больно, но гневно. Его возмущение ощущалось едва ли не кожей. Сам Илья ничего не говорил, но что-то неуловимо изменилось в атмосфере вокруг нас. Ещё подумалось — может быть, это к лучшему, что ночь не позволяет разглядеть выражение его лица…
— Пусти меня! — прорычала я, не испытывая никакого страха, скорее уж лютое раздражение. Попыталась пнуть его посильнее в пах, но он не дал, с лёгкостью увернувшись от замаха, благо на ноги меня всё же поставил.
— Ещё раз, — негромко и пугающе спокойно потребовал Нечаев. — Ты считаешь, что я пытаюсь экспроприировать твою часть бизнеса?
— А хочешь сказать, нет?! — фыркнула я, но уже не столь уверенно, как прежде.