И всё же Козырев по темпераменту уступал моему мужу, а может быть, просто не считал себя вправе лезть в нашу жизнь, поэтому придержал свои советы, лишь попросив:
— Если что, звони, в любое время.
— Хорошо, — с самым серьёзным видом пообещала я, прекрасно зная, что воспользуюсь приглашением лишь в крайнем случае.
К этому времени мы уже стояли в коридоре и неловко топтались друг напротив друга, не представляя, что ещё можно сказать. Костя обулся и натянул куртку, но отчего-то не спешил уходить, а я маялась от желания остаться одной.
Наконец, Козырев сделал глубокий вздох и признался:
— Нин, а я женюсь.
Немного зависла, соображая, о чём он говорит, а потом засияла во все свои тридцать два зуба:
— Это же здорово! Давно пора. Только я думала, что вы с Кристиной расстались.
— А я не на Кристине.
— Да?! — удивилась не на шутку. Кристина была давней пассией Кости, с которой они провстречались несколько лет, а полгода назад неожиданно объявили о расставании.
— Её зовут Ева, и она… славная.
Нужных слов у меня не нашлось. Хотелось порадоваться за него, но вот никак не получалось.
— Хочешь сказать, что ты женишься на какой-то славной девице, которую знаешь меньше шести месяцев?! — всерьёз возмутилась я.
— Ну вам же это с Нечаевым не помешало! — непривычно жёстко парировал Костя.
Чуть было не ляпнула, что у нас с Ильёй… другое, но вовремя прикусила язык. Другое что? Великая любовь? Судьба?
Прав судить Козырева у меня не было, поэтому пришлось идти на попятную.
— Да-да, извини.
Ляпнула, сама не поняла что. Я действительно очень рада за тебя… вас, — соврала совсем неубедительно."
"Впрочем, Костя и так всё понял.
— Ладно, давай опустим, — подыграл он мне, хотя взгляд был самый что ни на есть странный — тёмный и взбудораженный. — Я вас познакомлю, и ты сама всё поймёшь…
Его голосу тоже не хватало веры.
— Конечно.
***
Уже к вечеру я пожалела, что отказалась ехать на Нечаевский корпоратив, но позвонить и покаяться в этом не позволила гордость.
Часов до девяти прослонялась по квартире, изнывая от тоски и неясной тревоги. Муж не звонил. Это злило неимоверно. И даже вчерашние разборки меркли перед тем, что он смеет там развлекаться и радоваться жизни, пока его жена (между прочим беременная!) скучает.
Логику в своих размышлениях я перестала искать ещё накануне, списав всё на ретроградный Меркурий.
«Вот рожу, — обещала самой себе, — и стану самой адекватной женой и матерью на Земле». Помогало плохо.
