Обыкновенный подросток Никита Легостаев становится оборотнем-пардусом с невероятной силой и ловкостью. Во время школьной экскурсии его жизнь кардинально меняется. Теперь ему предстоит разобраться в своих новых способностях и раскрыть тайны, которые скрывает этот опасный мир сверхъестественного.
Раздел Chitat.online для книги «Пардус» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Обыкновенный подросток Никита Легостаев становится оборотнем-пардусом с невероятной силой и ловкостью. Во время школьной экскурсии его жизнь кардинально меняется. Теперь ему предстоит разобраться в своих новых способностях и раскрыть тайны, которые скрывает этот опасный мир сверхъестественного.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгений Фронтикович Гаглоев Детская подборки серии
Обыкновенный подросток Никита Легостаев становится оборотнем-пардусом с невероятной силой и ловкостью. Во время школьной экскурсии его жизнь кардинально меняется. Теперь ему предстоит разобраться в своих новых способностях и раскрыть тайны, которые скрывает этот опасный мир сверхъестественного.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Все, спасибо, — сказал он. — Не могу больше!
— Как это не могу?! — возмутилась Ирина. — Тут еще полпакета осталось. Не нести же мне его домой! Давись, а ешь!
И в этот момент со стороны частных особняков донесся истошный женский крик, переходящий в визг. Ребята испуганно переглянулись, затем вскочили на ноги и побежали туда, откуда донесся этот ужасный звук.
Глава тридцать вторая
Восьминогие уроды!
Валентина Ланская, мачеха Алины, наконец-то вернулась домой после двухдневного отсутствия. Новый поклонник, молодой владелец текстильной фабрики, подвез Валентину на шикарной машине к особняку и нежно поцеловал на прощанье.
— Я позвоню тебе завтра, — пообещал он. — Моя королева!
— Буду ждать! — Она обожала, когда он называл ее королевой. — Мой пупсик!
«Пупсик», весивший, должно быть, килограмм сто пятьдесят, расплылся в счастливой улыбке и вдавил педаль газа в пол.
Валентина кокетливо взбила прическу и помахала ему рукой на прощанье. Затем отворила калитку и сразу же обратила внимание на садовую дорожку. Светлые мраморные плитки покрывала какая-то липкая коричневая дрянь. Такие же пятна «украшали» ступени крыльца и пол в прихожей — входная дверь была распахнута настежь.
— Алина! — раздраженно крикнула мачеха. — Какого дьявола ты тут делала?!
Ей никто не ответил.
— Стоит только отлучиться на… пару дней!
Закипая от злости, Валентина вошла в дом и оторопела.
Повсюду царил страшный беспорядок. Мебель перевернута, картины сорваны со стен, ковры сбиты и скомканы. И везде висела густая паутина. Толстые нити опутывали все, на что ни падал взгляд. Белесые сети свисали с потолка и тянулись по полу.
— Мерзавка! Опять притащила домой этих тварей! Ну попадись мне только! — в бешенстве крикнула Валентина и поспешила в свою комнату.
Но и там творилось что-то невообразимое. Дверцы платяных шкафов были открыты, на полу валялись пустые ящики. Одежда — ее эксклюзивная коллекция от знаменитых кутюрье, которая обошлась ей в целое состояние! — была разбросана по комнате и заляпана той же липкой гадостью."
"Валентина взвыла и затопала ногами от ярости. Вдруг под каблуками что-то хрустнуло. Женщина опустила взгляд — и увидела разбитые вдребезги Алинины очки. Тут мачеха почувствовала, что произошло неладное. Девчонка берегла свои очки как зеницу ока и никогда с ними не расставалась.
В этот момент из пристроенного к дому гаража донесся громкий протяжный скрежет. Словно кто-то пытался сдвинуть металлическую дверь без помощи подъемного механизма.
Неужели в дом проникли грабители? Валентина на цыпочках прошла в кабинет, некогда принадлежавший ее покойному мужу, и осмотрелась в поисках оружия. Вообще-то оружия было полно, но либо слишком ветхого, либо чересчур тяжелого.
