— На кой черт ты опять в это влез? — поинтересовался он. — Совсем рехнулся?
— Боец меня попросил помочь, — пожал плечами Никита. — Я и согласился.
— То Боец, то Татьяна… Не живется тебе спокойно. А если тебя попросят с крыши спрыгнуть? Ты тоже согласишься?
— О Татьяне я стараюсь не думать, — вздохнул Никита.
— И хорошо. А то вместе бы огребли неприятностей! — ухмыльнулся Артем, водя кистью по ватману. — Помяни мое слово, ты еще пожалеешь, что связался с этой девчонкой.
— Да ничего я не связался, — возмутился Никита. — Я ее даже никуда не приглашал.
— А это и ни к чему! Вы с ней уже столько дров вместе наломали, что тут и свиданий не нужно.
— Хм, — Никита задумался. — Я понял, что мне сейчас не до свиданий. Не хочу снова подвергать кого-то опасности.
— Да ей все равно ничего не сделается. Она же неуязвима.
— Думаешь? — вскинул брови Никита. — Я хотел ее пригласить… Чтобы дать понять, что она мне интересна. А то она и дальше будет считать меня просто приятелем, а Василевский воспользуется ситуацией…
— Так вот что тебя беспокоит! — догадался Артем. — Что Василевский тебя обскачет и первым пригласит ее на свидание? Честно сказать, я думал, что они уже давно встречаются.
— Тебе показалось, — произнес Никита таким тоном, что Артем тут же решил не продолжать этот разговор.
— А недавно еще Тесса предложила встречаться, — пожаловался Легостаев. — Еле выкрутился.
— О, ну она давно об этом мечтает, — заметил Артем. — Я понял это еще во время Хеллоуина, когда она пришла с тобой на ту вечеринку.
— Ты бредишь! — возмутился Никита. — Все совсем не так.
— Именно так! А если ты до сих пор ничего не понял, то у тебя просто не все дома.
У Никиты вытянулось лицо.
— Не может быть, — неуверенно сказал он.
— Да все об этом догадывались, кроме тебя, Казанова недоделанный! Ну может, еще кроме Игоря, который обычно соображает медленнее остальных.
Алена сосредоточенно рисовала на гигантском куске картона древнегреческого бога Аполлона. В какой-то момент Вероника и Лариса заметили, что она рисует что-то не то. Аполлон получался чрезмерно упитанным, а его живот по количеству клеток напоминал шахматную доску.
— Эй! Не многовато ли ты ему кубиков на животе нарисовала? — спросила Лариса.
— Что вы ко мне пристали? — рассердилась Алена. — Не нравится, рисуйте сами!
— У мальчиков на животе не может быть столько кубиков, — заявила Вероника.
— Это художественное допущение! — сказала Алена. — Я знаю, что их двенадцать.
— Не двенадцать, а восемь! — воскликнула Лариса.
— Двенадцать! Мне точно известно!
— Восемь!
— Я думала, что шесть, — задумчиво проговорила Вероника.
— На что поспорим? — завелась Лариса.
— На пятьсот рублей! — оживилась Алена.