В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
Со стороны павильона послышался шум, а следом — настоящий грохот, да такой громкий, как будто столкнулись два маговоза.
— Это еще что?
Рольф нахмурился, глядя на убегающую в сторону летнего домика дорожку.
— Похоже, наши духовики немного перестарались, — усмехнулась в ответ.
— Скорее, хозяин, мы их отвлекли! — Раздался рядом довольный голос Олли. — Уходите, пока тетушка Амброуз охрану задержала.
— Отлично сработано, Оллилен, — похвалил Рольф, увлекая меня в противоположную от павильона сторону. — Обойдем с юга и вернемся в замок, — пояснил он.
Рольф заметно прихрамывал, но шел так быстро, что я едва за ним поспевала.
— Сильно болит? — Спросила мужа, видя, как он морщится, припадая на левую ногу.
Та до сих пор доставляла ему проблемы. Слишком много времени после лечения оказалось упущено, и в этом была моя вина. Если бы я не уехала…
— Даже не думай, — рыкнул Рольф. — Ты сделала все, чтобы я снова мог ходить. А это… Разберемся.
Он крепко держал меня за руку, и шел вперед, к Рендоллу. А я торопилась за ним и думала о том, как много успел понять Каллеман, и что теперь делать.
***
Рендолл встретил нас тишиной. Гости давно разошлись по комнатам, слуги тоже отправились в свое крыло, и только тонкие блики света, словно живые, скользили по мраморному полу холла.
— Софи, я провожу тебя в спальню и проверю замок.
Муж отвел от моего лица упавшие локоны и тихо спросил:
— Побудешь немного одна?
— Рольф, иди. Я сама могу добраться до спальни. Только возвращайся скорее.
— Нет, хочу убедиться, что ты благополучно дошла до комнаты.
Муж помог мне подняться по лестнице, довел до наших покоев, и только когда я закрыла дверь, ушел, посоветовав перед этим никому не открывать.
Когда шаги в коридоре стихли, я подошла к окну и отодвинула задернутые горничной шторы. Туман по-прежнему стелился над водой и окутывал все вокруг зыбкой дымкой. Лунный свет придавал ему сходство с пуховой периной, и мне на миг показалось, что зависшее над озером существо вовсе не страшное. Эх, если бы я могла к нему прикоснуться…
Мысли кружили в голове, не давая покоя, а к ним присоединялась тревога о детях.
Я стиснула руки, заставляя себя успокоиться. Когда Рольф был рядом, мне удавалось убеждать себя в том, что с детьми все будет хорошо, и совсем скоро мы их заберем. Но в одиночестве тревожные мысли набрасывались с удвоенной силой и мучили, рисуя картины одну страшнее другой.
