В глубине мрачного Парижа, сердце Рольфа колебалось между магией и страстью, окутывая его в атмосферу загадочной нежности. Кожа под губами мерцала как первоцвет, когда он целовал горящие соски сильнее, чем любое слово мог бы передать. Внутри Рольфа разгоралась жара и тайны, окуная его в мир, где эмоции стекались как искры магии....
— Просто будь рядом. Мне понадобится твоя поддержка. И ваша, — я посмотрела на духовиков, и те слаженно кивнули.
Стейн молча встал за моей спиной, а Олли с тетушкой Амброуз шагнули вперед и уставились с безмолвным ожиданием.
— Сервисто верту! — Снова произнесла я слова живительного заклинания, а потом прислушалась к себе и уловила тонкую, едва слышную мелодию.
Та ускорялась, становилась громче, в нее вплетались слова, и я стала повторять их вслух, касаясь повисших вдоль стен стеблей и вливая в них свою силу.
— Получается! — Радостно воскликнул Олли и подпрыгнул от избытка чувств.
Мелодия не смолкала, а я обходила пространство пещеры, возвращая ей жизнь. Рольф все время был рядом, и его молчаливая поддержка давала мне силы довести все до конца.
А когда последний стебель растворился в стене, муж подхватил меня на руки и крепко прижал к себе.
— Тебе нужно отдохнуть, Софи, — тихо сказал он.
— Да, теперь уже можно. Кажется, мы справились.
— Ты справилась, — поправил Рольф и бросил на духовиков задумчивый взгляд. — А мне, пожалуй, не помешает порыться в старых семейных книгах. Похоже, я многое упустил.
— Ничего. У нас полно времени. Наверстаешь, — усмехнулась в ответ и спросила: — Как думаешь, из замка уже есть выход?
— Вот сейчас и проверим. Да, Оллилен? — Спросил муж у духовика.
— А чего сразу Оллилен? — привычно буркнул Олли, но тут же осекся и опасливо прикрыл рот ладошкой.
— Олли, где твое воспитание? — Шепотом возмутилась тетушка Амброуз и обратилась к моему мужу: — Вы уж не сердитесь на него, лорд Рольф. Мал он еще, не понимает, как с хозяевами разговаривать. Но ничего. Уж я его научу.
— Тетушка Амброуз! — Возмущенно буркнул Олли, но тут же ойкнул и почесал затылок, по которому прошлась тяжелая рука духовицы. — Ладно вам сердиться. Я исправлюсь.
— Смотри у меня, — грозно произнесла тетушка Амброуз, и ее глаза ярко сверкнули.
Рольф посмотрел на духовиков, усмехнулся и пошел к лестнице. А я обнимала его за шею и от души надеялась, что все беды позади и уже сегодня вечером мы сможем добраться до Бреголя и забрать детей.
*** — Не пускает.
Я с отчаянием смотрела на туман, плотной стеной стоящий над озером. Он, словно живой, пружинил и отталкивал любого, кто пытался ступить на плиты моста, и вовсе не собирался исчезать.
