София Экман бежала от хриплого злобного голоса своего бывшего пациента. Ее мать-Заступница просила скорее забыть этот сальный взгляд и прикосновение холодных губ. Она летела по заснеженной улице, пытаясь избавиться от напоминаний и воспоминаний.
Через секунду черные глаза распахнулись и с отчетливым недоумением уставились в мои.
– Что случилось? – Хрипло спросил Стейн и перевел взгляд на Каллемана.
– Тебе стало плохо, – ответил тот, задумчиво посматривая в район моей груди, прямо на кулон.
Но ведь он же не мог его видеть?
– Так, давайте зайдем в дом, – решив не мучиться непонятными загадками, предложила мужчинам. – Я сделаю чай, и мы все спокойно обсудим.
– Тут нечего обсуждать, Софи, – упрямо заявил Стейн. – Мы сами разберемся.
– Да нет, я бы как раз с удовольствием послушал, что скажет леди Стейн, – хмыкнул Каллеман, и в его глазах полыхнули алые искры.
– Я готова ответить на ваши вопросы, – твердо встретив испытующий взгляд, сказала в ответ. – Не нужно ограждать меня от проблем, дорогой, – остановила Стейна. – Если я могу помочь разобраться с тем, что произошло, то постараюсь это сделать.
– Исключено, – резко заявил Стейн, посмотрев на меня и тут же повернувшись к Каллеману. – Софи не будет отвечать ни на какие вопросы, Эрик.
Мне почудилось, или воздух вокруг стал еще холоднее?
Каллеман молчал, буравя меня цепким взглядом, под которым хотелось поежиться и прикрыться руками. Но я только выше вскинула подбородок и уверенно уставилась в непроницаемые глаза мага. Он не сможет заставить меня признаться в том, чего я не делала!
– Что ж, как скажешь, Рольф.
Каллеман поднял руки ладонями вверх, словно признавая поражение, криво усмехнулся, отчего на его лице глубже обозначились носогубные складки, и повторил:
– Как скажешь.
Мы вошли в особняк, причем, мужчины еще пару раз переглянулись, словно продолжая безмолвный разговор, и Стейн властно произнес:
– Софи, дорогая, скорее идите наверх. Вы совсем замерзли.
В его взгляде мелькнула какая-то странная эмоция. Я не смогла ее разобрать, но мне показалось, что черные глаза ни миг потеплели, став медово-карими, похожими по цвету на гречишный мед.
– Лорд Каллеман надолго не задержится. А после я приму все необходимые микстуры, – предупреждая любые вопросы, добавил Стейн, и я, молча кивнув, пошла к лестнице.
Правда, подниматься в спальню не стала. Постояв немного на лестничном пролете и дождавшись, пока мужчины уйдут, прошептала заклинание тишины и осторожно направилась к кабинету.
