Автор
Ночные пути сквозь тени коридоров Илларии, где лишь Шуш - кратковременная невидимость, помогает избежать пристального внимания драконьих стражей. Академия словно вернулась в средние века, оборвав связь с внешним миром и превратившись в тюрьму для истинных сердец.
Я скоро увижусь с Рейвом! Мы провожаем ребят до двери, и напоследок Мирра спрашивает у Клео:
— Ты правда видела Лери с Ноктисом? Они что, целовались?
— Да нет, конечно. Но он весь многозначительно зажимал её в коридоре, — как бы между прочим рассказывает драконица. — Там потом ещё и Кайрис подошёл. Что-то убедительно рычал Фелларду. Я не стала досматривать эти петушиные бои, торопилась перехватить Гора и к вам привести.
— Ага, — обескураженно выдыхаем мы с принцессой. Прощаемся с ребятами и с удивлением смотрим друг на друга.
— Ноктис?
— Кайрис?
— Думаешь, сразу двое? — округлив глаза, спрашиваю у Мирры.
— Давай пытать? — Подруга подмигивает мне.
Мы, не сговариваясь, бросаемся к спальне Валейт. Но испытываем разочарование, стоит только заглянуть внутрь. Гора из подушек и торчащая из-под неё пятка ясно подсказывают нам, что подруга уже отключилась от бренного мира. А будить её сейчас чревато гневной отповедью, а не чистосердечным признанием.
— Ладно, завтра её разговорим, — смиряется принцесса, прикрывая за нами дверь.
— Главное — не забыть устроить ей допрос. — Я приподнимаю палец. — А то навалится на нас приключений…
— Не каркай, Кара! — хихикает Мирра, шутливо ударяя меня в плечо. — Иди.
Мы расходимся по комнатам с лёгкой улыбкой. С ней же я ложусь спать после принятия душа. Не знаю, бабушкин ли лимонад или понимание того, что я скоро обязательно увижу Рейва, но засыпаю я с полным умиротворением в душе.
И сон, будто продолжение реальности, приносит мне маленькую радость.
— Ну что ты, мой хороший, — воркую я, удивляясь такому странному сновидению.
У меня не возникает никаких сомнений в том, что это дракон Рейва. Не знаю, как они связаны. Является ли драконья ипостась полным продолжением разума Греаза или это отдельное существо, но, глядя на эту громадину, сердце наполняется щемящим теплом.
— Мы скоро увидимся, обещаю.
В ответ зверь отодвигается, смотрит на меня с недоумением, но уже в следующее мгновение с ещё большим азартом прижимает к массивному туловищу.
— Да не ухожу я никуда. — Рассмеявшись, я глажу бронированную шею.
Ощущения такие реальные, что впору пугаться. Но я чувствую себя в полной безопасности. Зверь не сделает мне больно.
