Автор
Пари на счастье — это драматический роман о женщине, умирающей от тяжелой болезни. Её последняя волна надежд заключается в том, чтобы найти то, что сделает её жизнь значимым для окружающих. Вместе с ней читатель оказывается на пороге своего собственного выбора и ответственности, когда мир вокруг начинает меняться под влиянием её больной души....
— А как ещё мне заставить тебя заказать половину карты десертов этого заведения? — невинно вздохнула Наталья.
— Ты бессердечна — я почти поверил… — проворчал Михаил, и отпил из своего бокала.
Золотистое вино колыхнулось, когда мужчина вернул бокал на стол, и она вдруг ощутила, как желудок возмутился, словно только что сошла с карусели. Что за дела? Наталья потянулась за водой.
— Всё хорошо? — в голосе Михаила послышалась тревога, и он накрыл её ладонь своею, глядя на лицо девушки.
— Я сегодня забыла пообедать, вот голова и кружится.
— Я могу быть виноват только в одном случае… — Громов замолчал, когда улыбчивый официант принёс их заказ на подносе, начищенном до зеркального блеска.
Он галантно поклонился и буквально растворился в воздухе, оставляя гостей наедине, друг с другом.
— Ты должна поесть, я волнуюсь, Наташ, — проговорил Михаил, всё ещё всматриваясь в её лицо.
Она улыбнулась, и взялась за вилку, теперь и правда, ощущая голод.
Наталья восторженно глядела, как на столе перед нею был поставлен самый восхитительный десерт из тех, что доводилось видеть.
— Как там поживает Вениамин? — поинтересовалась она, отправляя в рот кусочек шоколадного пирожного.
— О, прекрасно исполняет обязанности Нины, пожалуй, нужно будет определить ему достойное жалование, — совершенно серьёзно ответил Громов.
— Повезло тебе с котом, Миш, — подыграла ему Наталья, — вот мне бы такой в своё время пригодился.
— М-м?
— Я рада быть рядом с тобой этим вечером."
"Михаил уловил в её голосе лёгкую тень взволнованности, понимая, что виной тому проклятые утренние газеты. Опять переживала о нём? Как ему хотелось в этот момент стереть ненужные воспоминания из её памяти, или заполнить их другими, более яркими, такими, чтоб забылось всё ненужное.
— Как и я, Наташ, — ответил Громов, и протянул руку, вновь накрывая своей ладонью её ладонь.
