Автор
В Пари на сиротку, ревнивый друг Натана не может устоять перед очаровательной и своенравной холмгольванкой-сиротой Хелли. Под звездами она отказывается от всех предложенных покровительств, пока в ее глазах не выгорает решимость выбрать правильного защитника.
Дядька с теткой, конечно, моему отъезду не радовались! Но вовсе не от любви к навязанной судьбой племяшке, а потому что помощницу в хозяйстве чуть не на год теряют. Этого я, понятное дело, магистру не говорила.
Что ж до чемодана – так у меня его сроду и не было! Зачем он, если в сумку всё помещается? Да и сумка у меня не простая…
Про еду напомнила, что меня в директорской угостили на славу. Столичный инспектор покивал с сомнением. А я и правда есть не хотела – и нервы на взводе, аппетита нет никакого, и с трудом отгрызенный кусок пряника до сих пор в горле стоит.
Ничего! Может, выучусь и ка-ак вернусь в родное училище – преподавать! Тогда тоже себе буду этот чай покупать, как же он называется-то…
Поглощенная думами о чае и непривычной суетой вокруг меня чужого старичка, я опомнилась, только шагнув вперед него в арку портала.
С соседками-то не попрощалась! А у меня их аж пять!
Не то чтобы мы дружили сильно, мне не до того было с учебой и подработками, но хоть словечко на прощанье сказать стоило.
Но, обернувшись, я увидела только радостную улыбку магистра Йердиса и ни следа обшарпанных стен родной общаги.
За спиной моего благодетеля (а как еще, он же мой талант открыл) было огромное пространство незнакомого зала.
И не стесняюсь признаться: у меня аж рот открылся от удивления! Ну не доводилось такой роскоши видеть. Да здесь весь наш курс хоровод может водить! В том числе по воздуху: потолки-то – метра три высотой.
На полу ковер – я в нем ботинками едва не утонула.
На подоконниках – цветы, да не какие-нибудь фуксии в ящичках, как у тетки на завалинке дома, а натуральные деревья в огромных кадках!
Стены деревом обшиты, да хитро так, будто из мелких досочек мозаику складывали.
Сверху светильники тоже хитрые – в виде звезд, да разноцветных.
А лестница наверх! Широченная, белокаменная, с коваными перилами, и тоже ковром застелена…
Пока я вертела головой, уверенная, что попала в главный зал академии, магистр Йердис, так и не отпустивший мой локоть, повел свободной рукой, указывая на все разом, и заявил:
– Добро пожаловать, Хеллиана Ззла, в Королевскую Академию!
– Вэртззла, – машинально поправила я, пока он тащил меня к арочному проходу в левой стене.
