Автор
В Париже в мирном боксерском клубе тесно прячется маленькая жизнь. Герцог Джеки ищет укрытия от страшных дел, открывая дверь для подпольного шантажиста с парижским стыдом. Мир вращается вокруг звездной ночи, где каждое движение привлекает внимание.
– Как ты думаешь, ей нужны еще уроки? – спросила Джулиана, скрестив на груди руки.
– Смотря по обстоятельствам, – ровным голосом отозвался Рис. – У тебя будет время сопровождать ее? Ведь должен приехать лорд Мердок…
Джулиана нахмурилась и, опустив руки, повернулась к Рису.
– Лорд Мердок? О чем ты?
Рис пожал плечами.
– Клейтон сказал, что ожидает его завтра.
– Завтра? – Джулиана тряхнула головой и нахмурилась еще сильней.
– А ты не знала?
– Я… гм, не знала, когда именно это произойдет. – Джулиану бросило в жар, так что пришлось оттянуть воротник амазонки.
– Вот как… – протянул Рис, и тут чертенок на левом плече подтолкнул его добавить: – Еще я слышал, что вашу свадьбу перенесли на осень. Надо полагать, наилучшие пожелания уместны?
– Что? – Голос Джулианы взвился вверх на две октавы.
Рис невозмутимо кивнул.
– Клейтон упомянул, что Мердок написал твоему отцу и попросил перенести свадьбу на более ранний срок. Ты что, и об этом не знала?
Джулиана прижала ладонь к груди, словно ей стало трудно дышать, и позвала напряженным, лихорадочным голосом:"
"– Мэри, думаю, на сегодня достаточно.
Глава 20
Рис рукавом вытер пот, капавший со лба, подцепил на вилы очередную охапку соломы и бросил на большую кучу в конце пустого денника, в котором находился.
Он все еще работал в конюшне: начищал упряжь, перетаскивал солому, вычищал навоз из стойл и ухаживал за лошадьми, – то есть выполнял ту же работу, что и в юности, когда помогал старшему конюху в своем имении, но не делал уже много лет.
Герцог Уортингтон просыпался в полдень, несколько минут проводил со своим поверенным, а потом пускался во все тяжкие: пил, играл в карты и чуть не до самого утра шлялся по злачным местам. И так изо дня в день.
Время, проведенное в конюшнях Клейтона, оказалось первым за многие годы, когда он по-настоящему почувствовал, что приносит пользу, а занятия с Мэри Монтгомери доставили столько радости удовлетворения, что он и припомнить не мог ничего похожего.
Несчастная юная леди до смерти боялась лошадей, и хотя Рис даже вообразить не мог, как можно бояться самых добродушных животных в мире, которых сам так любил, тем не менее легко мог себе представить, насколько тяжело ей было жить там, где все умели обращаться с ними и прекрасно ездили верхом.
В конюшне Клейтона Рис отыскал самую незлобивую кобылку для Мэри: добрую, смирную и покладистую, идеальную для начинающих.
