Автор
В зале студентов бурлит ропот. Марк Волшин заявляет, что за три дня он с новенькой переспит, в то время как остальные студенты уверяют, что максимум - два дня. Настроение настолько напряженное, что даже трепаку девушки с ее записями подвергается насмешкам. Каждый ждет, кто же из них окажется первым в этой веселой розысках....
Он так смотрел на меня, что, казалось, еще миг — и аудитория полыхнет. Я небрежно бросила тетрадь на его парту, потом ласково улыбнулась и пошла к выходу.
Наслаждайся, Захар. Наслаждайся.
***
Кто молодец? Я молодец!
Кого ждет пи**ец? Меня ждет пи***ец!
Именно такую незамысловатую песенку я напевала, пока тягала железо в тренажерке.
Методом проб и ошибок были найдены дни, в которые занимаются Мерз и его приятель. Теперь я могла прийти и спокойно качаться до седьмого пота. Форму-то поддерживать надо.
В этот раз я потела на тренажёрах в каком-то нервном приподнятом настроении. Иногда меня всю перетряхивало, а иногда наружу прорывался какой-то истеричный полусмешок-порурычание. У меня всегда так бывает, когда запоздало доходит, что натворила ерунду. Вот на кой черт я показала Мерзу тетрадку? Зачем?! Надо было просто уйти, и пусть бы себе бесился.
А теперь… теперь поздно.
Оса снова наделала глупостей, выпустив на волю свои порывы. Ничему меня жизнь не учит. Ничему! Как говорил один тип из моего прошлого: не хватает тебе, Анечка, выдержки, чтобы быть настоящей стервой. Какая из меня стерва? Дурища. Я теперь даже представить боялась, что может выкинуть Меранов."
"А еще кто-то говорил, что месть — это блюдо, которое подается холодным.
Мне бы только продержаться. Пару месяцев. Хоть как-то. Я готова притвориться девочкой-цветочком, глупой блондинкой — да кем угодно! Лишь бы меня оставили в покое. Хотя притворяться уже поздно. Уже отличилась, показала себя во всей красе.
Почему же я не промолчала, когда Захар вывалил мне правду про пари? Он бы почесал свое самолюбие и все. Про меня бы уже все забыли, и я бы могла спокойно заниматься своими делами, а теперь что ни день — то новое испытание. А после сегодняшней моей выходки станет еще хуже.
Когда руки уже не держали, а ноги не сгибались, я поняла, что хватит, тренировка окончена. Да и времени уже было порядочно — за окном стемнело, зал опустел.
