— У меня там все!
Хочется схватиться за голову, потому что она вот-вот как будто треснет от резкого притока разных мрачных мыслей. Там было вообще все! Мои документы, мои вещи, мои карты, мое… ВСЕ! И если вдруг Лекс…
— Ради бока, скажи, что ты не стал экономить на страховом полисе, когда заселял нас в гостиницу! — Хватаю его за края пледа на груди, потому что мне срочно нужна точка опоры и хотя бы какие-то гарантии, что прямо сейчас впереди этого черного тоннеля есть хотя бы одна работающая лампочка. — Лекс, прошу тебя… Блин, кажется, сейчас у меня случится инфаркт…
— Тихо, Вика. — Лекс успевает схватить меня за талию, притягивает к себе, и я слышу, как он шипит от боли, потому что рефлекторно сделал это обожженной рукой. — С какого перепугу я стал бы экономить на страховке?
Я сдавлено всхлипываю. Ладно, тогда можно рассчитывать на компенсацию материального ущерба. Это же не какой-то кривой-косой мотель у дороги, а солидное заведение — они должны сделать все по протоколу, чтобы не было исков и судов.
— Как думаешь — сколько времени им надо, чтобы… ну, выплатить нам ущерб? — Я стараюсь казаться не такой отчаявшейся.
— Думаю, часов пять-шесть.
— Слава богу! — Я складываю ладони в молитве, поднимаю взгляд к нему и на всякий случай благодарю всех по очереди высших сущностей, богов и даже планеты за то, что весь этот кошмар продлится не долго. А потом замечаю, как дергаются уголки рта Лекса, и понимаю, что снова попалась как идиотка.
— Вика, блин, ну ты как ребенок?! — Лекс отступает, на всякий случай выставляя руки вперед, потому я не всыпала ему заслуженных оплеух. — Им нужно сначала разгрести все это, потом будет опись вещей, потом подсчет ущерба и только потом процедура выплаты страховки. Но сначала страховая компания поимеет тут всех, чтобы убедиться, что отделаться от выплат по не страховому случаю точно не получится. На это уйдут недели, Вик.
Я закрываю лицо ладонями и мысленно считаю до десяти, хотя прекрасно понимаю, что это никак не поможет.
У меня на карте осталось… сколько? Меньше тысячи. Этого не хватит даже на обратный билет домой, не говоря уже о том, чтобы снять приличный номер на то время, пока дождусь компенсации. Все, что у мены было — кошкины слезы! — я взяла наличкой и обменяла в аэропорту, чтобы было за что купить хотя бы кофе или перекус.
Интересно, это уже повод начинать истерику по поводу своего свежеиспечённого статуса бомжа или лучше не шокировать своим приступом утонченную публику?
Глава пятьдесят четвертая: Лекс
У Вики такое лицо, что кажется, будто она вот-вот упадет в обморок, но я даже успокоить ее не могу, потому что она отшатывается от малейшей попытки к ней приблизиться.