Автор
Кипяток изысканных вкусов взмывает перед твоим горлышком, как нежные палочки из чайного зала. Мелкий теплый песок сыплется с башни отеля вниз к морю, словно драгоценная тропическая россыпь. Атмосфера Парижа — это тихие улицы, романтические площадки и бесконечные ночи под звуки карканья петухов....
Как будто, блядь, тут на выбор целый гарнитур, а не всего пара диванов друг напротив друга.
У нее пиздатые ноги. Крепкие, потянутые, ровные, длинные.
Классная жопа, хотя в этих шортах смахивает на наряд девочки-припевочки, но, вероятно, так задумано, чтобы снова сойти за милое невинное создание, которому я просто обязан отдать все, что оно захочет.
Ее волосы стали длиннее, теперь уже ниже лопаток, и они настолько ярко-медные, что светят ярче подвешенного под потолком стеклянного шара.
А когда Виктория все-таки садится, аккуратно, как настоящая аристократка складывая ножки на бок, я проклинаю ту минуту, когда в мою голову пришла «блестящая идея» отправить девочку до того, как она доведет свою работу до конца.
— Десять минут, Вик, — показываю на экране своего телефона включенный секундомер и прижимаю палец к губам до того, как она успевает открыть рот. — Погоди. Чтобы не тратить твое время и, возможно, сэкономить мое — пара уточнений. Я не собираюсь покупать твои акции «Гринтек» — ни за те гроши, которые они уже стоят, ни даже за меньшую сумму.
Нажимаю на таймер и кладу телефон на стол перед нами, чтобы стремительно тающие секунду были хорошо видны нам обоим.
Виктория сначала открывает — а потом закрывает рот.
Удивление делает ее похоже на золотую рыбку, только с той оговоркой, что эта радужная гуппи не может ничего мне предложить. Уверен, что она шла сюда в полной уверенности продать мне дырку от бублика, а потом снова раствориться на горизонте.
Еще один вопрос в копилку тех, которые следовало задать себе гораздо раньше — почему я раньше не замечал, насколько она предсказуема?
— Ты, наверное, шутишь? — Виктория кладет руки на колени, старясь выглядеть собранной. При этом вряд ли отдает отчет, что кончики ее пальцев с аккуратными короткими ногтями нейтрального бежевого оттенка, уже несколько секунд без остановки теребят края шорт.
— Твое время идет, Вика. Но если ты пришла именно за этим — продать мне «Гринтек» — то можешь валить на все четыре стороны.
— Но ты обещал мне час времени, — немного заикаясь, напоминает она.
— Да, и если бы ты хотя бы раз в жизни приехала вовремя, то, возможно, у тебя были бы эти шестьдесят минут.
— Да я четверть часа только порог этой помойки оббивала, Лекс! — моментально взвинчивается она, и ее светло-серые глаза вспыхивают от злости.
