Автор
Кипяток изысканных вкусов взмывает перед твоим горлышком, как нежные палочки из чайного зала. Мелкий теплый песок сыплется с башни отеля вниз к морю, словно драгоценная тропическая россыпь. Атмосфера Парижа — это тихие улицы, романтические площадки и бесконечные ночи под звуки карканья петухов.
— Мы договаривались, что пустим «Гринтек» с молотка и доход поделим пополам! Такой был уговор, Лекс, а не то, что ты у меня за спиной будешь проводить реструктуризацию и делать «Гринтек» частью «Интерфорс»! Нет, брат, мы не об этом договорилась!
Я на автомате открываю рот, чтобы сразу отфутболить все его претензии, но потом медленно въезжаю в смысл его слова. Откуда Тихий в курсе про реструктуризацию, если с ним я эту тему точно не мог обсуждать как раз потому что предвидел такую бурную реакцию? Он несколько раз пытался завести разговор на эту тему, но я всегда уходил от ответа. А наш последний диалог в Праге, когда Тихий почти в лоб спросил, не хочу ли я посвятить его в свои планы и все ли у нас в силе?
— И так — откуда ты знаешь? — чтобы не тянуть кота за яйца, сразу спрашиваю я.
— Птичка на хвосте принесла, — огрызается Тихий, но меня так легко не провести.
— Имя этой птички? — напираю дальше.
— Ты, блядь, лучше скажи мне, откуда между нами взялись эти тайны! — взрывается Тихий и начинает размахивать руками. — Мы одна команда, Лекс! Всегда были в одной связки! Я тебя, блядь, на ноги поставил, вытащил из дерьма, когда ты уже валялся в собственной ссанине и собирался провести там остаток жизни убиваясь за своей шлюхой! А потом оказалось, что я вообще на хуй никто! Недостоин даже двух слов, что теперь у нас другой план, что ты решил послать нашу договоренность по пизде!
Когда дело касается Тихого, обычно я уже привычный к тому, что маты вылетают из его рта со скоростью звука — на это у него не никаких фильтров. Но сегодня он как будто задался целью за пять минут выдать свою годовую норму.
Что-то заставляет его нервничать.
— Имя, Тихий, — стараясь сохранить спокойствие, упрямо гну свое. — В чем проблема назвать человека, от которого ты услышал эту информацию?
— Нет, блядь, сначала ты мне скажи, почему зассал в глаза мне сказать, что мы больше не партнеры?!
— Я не обязан перед тобой отчитываться. — Не хочется напоминать, но приходится: — Мы с тобой не в доле, Тихий. Я плачу тебе, плачу заметно больше, чем ты получал бы за аналогичную работу в любом другом месте и тебе это прекрасно известно. Я дал тебе должность генерального, фактически, передал под твое руководство целый проект. Не знаю, как еще мне отблагодарить тебя за нашу дружбу.
