Автор
Кипяток изысканных вкусов взмывает перед твоим горлышком, как нежные палочки из чайного зала. Мелкий теплый песок сыплется с башни отеля вниз к морю, словно драгоценная тропическая россыпь. Атмосфера Парижа — это тихие улицы, романтические площадки и бесконечные ночи под звуки карканья петухов....
Окажись она сейчас передо мной, я бы даже искренне ей поаплодировал, несмотря ни на что.
Вот на хрена мне все это?
Час назад я был уверен, что раскусил ее игру, а теперь даже не представляю, что может творится в ее рыжей голове. Точнее, уверен, что любые мои представления не будут иметь ничего общего с действительностью.
Глава семьдесят третья: Вика
— Виктория Николаевна Лисицына? — слышу в трубке суровый мужской голос, смахивающий на тот, которым обычно разговаривают судьи с обвиняемыми во всех смертных грехах.
"— Это я, — говорю натянутым голосом, заодно перебирая в уме варианты, откуда мне еще не прилетал «бумеранг» кармы. Кажется, уже вообще со всех сторон, но на всякий случай все равно готовлюсь к худшему.
— Следователь Степашин Александр Александрович. — Потом он еще целую минуту объясняет, что занимается расследованием разных мошеннических схем. Объясняет не без легкого пафоса и гордости.
Отлично, для полного комплекта «счастья» мне не хватает оказаться втянутой в какую-то махинацию Марата.
— Слушайте, Степашка… или как вас там, я никогда, ни у кого не взяла ни копейки деньги, ясно?! Только за рекламу, но все мои декларации можно проверить в соответствующих органах!
— Гм-м-м, Виктория Николаевна, я звоню уточнить насчет гражданки Дианы…
Пока он перечисляет ее паспортные данные, я соображаю, что речь идет о той самой Диане, которая украла у меня сто семьдесят тысяч. Диане, которую на меня натравил Марат, но поняла я это, к сожалению, слишком поздно.
— Эта… личность, украла у меня сто семьдесят тысяч. Я могу предоставить все документы и счета, и выписки из банка, и вообще все, что у меня есть!
— Конечно, нам все это потребуется. — Спокойно говорит следователь. — Не могли бы вы подъехать к нам? Скажем, к часу дня? Дадите показания, чтобы мы могли приобщить все документы к делу. Вы подавали заявление о хищении?
— Нет, — нехотя признаюсь я, потому что была настолько разбита крушением всех своих надежд, что в моей голове не осталось ничего, кроме пессимизма насчет возможного поиска мерзавки и возврата украденных денег.
— Очень, очень плохо, что не сделали этого раньше, — как строгий дядя Степа, отчитывает следователь, — значит, возврат средств будет не раньше, чем через несколько недель, пока не проверят все ваши документы.
— Возврат средств? — начинаю заикаться от волнения.
