Автор
Кипяток изысканных вкусов взмывает перед твоим горлышком, как нежные палочки из чайного зала. Мелкий теплый песок сыплется с башни отеля вниз к морю, словно драгоценная тропическая россыпь. Атмосфера Парижа — это тихие улицы, романтические площадки и бесконечные ночи под звуки карканья петухов....
— Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы диктовать условия?
— Нет, не кажется. Мы теперь деловые партнеры и я требую к себе уважения! Или ты всем своим компаньонам предлагаешь подписывать важные договора на жопах стриптизерш?
— Очень советую тебе ознакомиться со значением слова «деловой партнер», Вика. Энциклопедическим значением, а не тем, которое существует в твоей голове. Все, иди уже, обещаю не приглашать тебя в это богомерзкое место, оскорбленная невинность.
Я ухожу из клуба с чувством глубокого удовлетворения.
Кажется, не все так плохо в этой жизни, особенно, когда ты — целеустремленная жаба!
Глава девятая: Лекс
— Ты серьезно что ли?! — Тихий заваливается в мой кабинет без предупреждения.
Я только развожу руками, припоминая, что уже раз сто просил его так не делать. Мы давние друзья и я стольким ему обязан, что не сосчитать, но в офисе должна быть хотя бы какая-то субординация. Иначе завтра вот так с ноги ко мне начнет входить собственная секретарша.
— Лекс, какого, блядь, хуя ты творишь?!
— Не припоминаю, чтобы подписывал кровавую клятву во всем перед тобой отчитываться, — осаждаю его я.
В памяти ту же всплывает упрек Вики о том, что я матерюсь как сапожник. Неужели со стороны меня так же неприятно слушать, как Тихого?
Да какого черта меня вообще должно интересовать, от чего и как эта сучка морщит нос?
Аж внутренности корежит от мысли, что дня не прошло с тех пор, как Вика снова вернулась в мою жизнь, а я начинаю вспоминать о ней в самый неподходящий момент.
— Почему мне звонит это старый пидар из «PowerPulse», истерит так, что слова не вставить, а потом оказывается, что все это — твоих рук дело?!
— Я отозвал наши деньги, — говорю спокойно.
— Я уже в курсе, брат! — Тихий упирается ладонями в стол и нависает надо мной, как перекачанная в зале тень отца Гамлета. — Вот пришел спросить, что за хуйня происходит и почему я узнаю об этом от старого гондона, а не от своего лучшего друга, вместе с которым мы вкрячили в эту сделку столько бабла и, блядь, сил!
Я поднимаю на него взгляд, пару секунд мы с Тихим бодаемся, а потом он, еще раз смачно матюкнувшись, падает в кресло напротив.
