В первые дни ты чувствуешь себя на грани надежды и безысходности. Все будет хорошо, это главное. Ты учись изо всех сил, терпишь не бросай школу – сила твоя в этом. Но что-то внутри тебя уже знает, как сильно ты трусишь от этой участи. Осознание выбора дробит сердце, но ты все еще веришь, что силы хватит выдержать этот путь....
Но, наверное, Хорн вообще не воспринимал меня как равного противника, а как миленькую красивую пустышку. Или он в силу своей должности умел держать себя в руках? Потому что его ярость, мгновенно вспыхнувшая, так же быстро и потухла. Секунда – и его лицо безмятежно и спокойно.
– Ты права, – улыбнулся он, сложив руки на груди, – я ненавидел твоего отца. А знаешь почему? – я отрицательно мотнула головой, все еще не в состоянии прийти в себя от такого быстрого перехода, – не из-за Эльзы, нет. Твоя мать была приятным бонусом.
– Да, это зависть, – видя мое непонимание и растерянность, пояснил он, – обычная банальная зависть.
– Зависть? – переспросила недоверчиво.
– Мы с Креем учились в одной школе, – начал рассказывать Велир, – он поступил на первый курс, я уже был на четвертом. И как только он появился в школе, все внимание сразу же перешло на него. До этого момента я был королем школы. Самым красивым, богатым, умным и успешным. Но все переменилось в одно мгновенье. Даже моя привлекательность померкла против его волшебного умения обращаться с металлом.
"По мере рассказа, голос Хорна наливался силой. Последняя фраза была и вовсе произнесена ненавидящим злым тоном.
– Закончив школу, я сначала работал помощником своего отца, а через несколько лет стал верховным судьей. Твой отец еще учился в школе, а я уже принимал судьбоносные решения в королевстве, – продолжал он говорить звенящим от ревности голосом, – потом женился на самой выгодной невесте в королевстве – арии Кассандре Фарх, действующей магине. Я был на вершине. Выше меня только король.
Судья замолчал. Его идеально красивое лицо, так похожее на лицо Торуса, застыло в странной гримасе.
– И что дальше? – когда молчание грозило перейти все мыслимые пределы, поинтересовалась я.
Хорн очнулся от задумчивости.
