В первые дни ты чувствуешь себя на грани надежды и безысходности. Все будет хорошо, это главное. Ты учись изо всех сил, терпишь не бросай школу – сила твоя в этом. Но что-то внутри тебя уже знает, как сильно ты трусишь от этой участи. Осознание выбора дробит сердце, но ты все еще веришь, что силы хватит выдержать этот путь....
Женщин в высшем свете оценивают по красоте, платью, украшениям, изысканным манерам. Мужчин – по богатству, родовитости и… женщине рядом с ним. Смешно. Как по мне, то всех нужно оценивать прежде всего по уму, но ум не упоминался в лекциях профессора Нараны.
Я встала и подошла к огромному зеркалу в гостиной. Сердце болезненно дернулось. В зеркале отразилась мама. Такая, какой я ее помнила в самые счастливые периоды ее жизни. Она была похожа на молодую богиню, сошедшую с небес.
Чистая гладкая кожа в тусклом свете ночника на мой вкус была бледновата.
– Вот, что видят все вокруг, – прошептала я завороженно, отмечая, что так нелюбимые мной брови, крупный рот, острые скулы куда-то делись, преобразившись в гармоничное, идеально прекрасное лицо.
– Дени! Ты где? – в гостиной раздался голос Эдварда. Я поспешила ему навстречу.
Наследник был затянут в темно-синий, почти черный костюм, что делало его еще более худым, чем он был на самом деле. Губы крепко сжаты, брови нахмурены так сильно, что в межбровье обозначилась вертикальная морщинка. Он стоял истуканом, пока я не подошла ближе и не провела указательным пальцем по лбу, разглаживая ее.
– Как же ты прекрасна… – прошептал благоговейно мой друг.
Я с улыбкой подхватила его под локоть, прерывая возможные признания.
– Идем, покажем им всем, кто здесь лучший король, – и потащила за собой в коридор. Куда дальше идти, не представляла, но в коридоре нас уже ждали двое телохранителей и немолодой мужчина в парадном камзоле.
С почетным эскортом мы немного поплутали по коридорам дворца, пока не выбрались на широкую мраморную лестницу, укрытую сине-красным ковром.
– Мы должны войти в зал со стороны королевских покоев, – словно извиняясь произнес Эдвард.
– Здесь легко заблудиться.
– Не переживай, – ответил он шепотом, – одна ты ходить не будешь.
Я тяжело вздохнула, представив длинную вереницу свиты за своими плечами, и ступила на первую ступеньку. Бальный зал был огромен. Увы, это слово не могло передать все величие и грандиозность сооружения.
