Спецслужбы России и Запада ведут смертельную игру за ампулу с биологическим оружием, затопленную во время войны в водах Ладоги. Теперь она в Париже, но элитный отряд подводного спецназа под командованием капитана Посейдона уже в пути. Кому достанется опасный груз?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Парижский десант Посейдона»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Спецслужбы России и Запада ведут смертельную игру за ампулу с биологическим оружием, затопленную во время войны в водах Ладоги. Теперь она в Париже, но элитный отряд подводного спецназа под командованием капитана Посейдона уже в пути. Кому достанется опасный груз?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Спецслужбы России и Запада ведут смертельную игру за ампулу с биологическим оружием, затопленную во время войны в водах Ладоги. Теперь она в Париже, но элитный отряд подводного спецназа под командованием капитана Посейдона уже в пути. Кому достанется опасный груз?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ты понимаешь, что это значит? Чем ты там занимался – неизвестно. Ты знаешь, что полагается за сотрудничество с врагом?
Жаворонок прекрасно знал, чем занимались на вражеском корабле Сережка и Соломон. Но он нуждался в стопроцентной уверенности: он хотел быть уверен, что слышит правду, причем всю правду. К тому же страх и чувство вины неизменно располагают к сотрудничеству и никогда не бывают лишними.
То, что Сережка попал в скверную историю, тот понимал и сам. Не привыкать. Он уже и не представлял себе иных историй.
– Я не сотрудничал! Меня силком привезли... из концлагеря...
Курить на подлодке не разрешалось, но у майора был особый статус. Ему разрешалось все, и Жаворонок закурил. Дополнительный фактор, токсическое воздействие. Он не думал об этом, действовал по наитию.
– Да? А вот твой дружок поет другое...
Сережка тупо смотрел на особиста.
Соломон? Поет? С чего ему петь? С другой стороны, можно и спеть, если велят... Он и сам и споет, и станцует. Хотя станцевать у него вряд ли получится.
– Не понимаешь? – усмехнулся Жаворонок.
– Нет...
– Видишь ли, дружок твой дорогой говорит, что вы были добровольцами. Что вам пообещали свободу, безоблачную жизнь в Германии, если вы согласитесь работать на фашистскую науку.
Это звучало настолько бредово, что Сережка вновь не нашелся с ответом. Он и поверил Жаворонку, и не поверил.
– Как звали врача, который работал с тобой в лагере? – Майор резко сменил тему. Этот вопрос он задал в третий раз.
– Валентино...
– Опиши мне его.
Майор искал противоречия в показаниях, и они, конечно, случались. Остапенко путался. Валентино получался у него то высоким, то не очень, то брюнетом, то шатеном, то полным, то стройным. Самому Жаворонку все это начинало надоедать. Он щурился от табачного дыма.
– Ну так все же: что ты делал на корабле?
– Ничего...
– Хорошо. Допустим. Что с тобой делали на корабле?
– Уколы кололи...
– Какие?
– Откуда же мне знать...
– Больно было? – участливо спросил майор.
– В лагере больнее...
– Ну и дальше?
– Что дальше... плохо было... тошнило, рвало... поносило... сыпь была. Сознание потерял.
– Ладно. Мы сделаем тебе анализы и все проверим, – предупредил майор. – Еще что было?
– Еще в камеру водили...
– Что за камера?
– Не знаю... Там машины какие-то...
– Тоже было больно?
– Не, там не больно. Но потом все равно рвало. И волосы лезли...
Жаворонок задумался. Пока все совпадало с предположениями и прогнозами. Лучевая болезнь интересовала Лаврентия Павловича особенно.
– И ослабел, говоришь, сильно? – спросил он неожиданно.
– Да... ноги не ходят...
– Угу. А как же ты Месснера убил?
– Кого? – Остапенко наморщил лоб.
– Немца. С которого вы шмотки сняли.
Сережка разволновался. Он почувствовал, что его поймали на явном несоответствии, хотя он рассказывал чистую правду.
