В доктора Фольц из Санта-Барбары переносятся в роман "Парижский вариант", где она оказывается на улицах знаменитого города Франции. Здесь ей предстоит не только исследовать молекулярную биологию, но и решать загадки связанные с секретами местных обитателей. Встречи, открытия и тайны ожидает читателя в этом потрясающем путешествии во времени и пространстве между прошлым и современностью Парижа....
У окна стоял субъект ет на десять старше и на сорок фунтов легче своего собрата в коридоре, тощий, словно жердь. Не оглядываясь на входящего, он глядел на акварельно-прекрасный сад.
— Ну и чего нам ожидать от этой новой технологии, которая, как меня убеждают, «где-то рядом»? — осведомился генерал, стоило Джону захлопнуть дверь. — Это штуковина масштаба ядерной бомбы или детский пугач? Или вообще пустышка? Чего мы боимся?
Его голос не соответствовал его росту — могучий, басовитый, грубый, как кора секвойи, хриплый — верно, сорванный в далекой молодости, когда молодому Хенце приходилось отдавать приказы на поле боя.
— Это я и должен выяснить, сэр.
— Никаких намеков?
— Я пробыл в Париже несколько часов, сэр. За это время неизвестный убийца пытался расстрелять из автомата и меня, и доктора Зеллербаха, сотрудника Шамбора.
— Слышал, — признался генерал.
— Кроме того, за мной следили. Довольно профессионально. Плюс, конечно, инцидент на Диего-Гарсия. На мой взгляд, это ни в коем случае не пустышка.
Генерал обернулся:
— И все? Никаких гипотез? Никаких догадок? Вы же ученый. К тому же медик. На что мне рассчитывать? На дешевую распродажу армагеддонов или просто на очередной пинок нашему чувствительному американскому самолюбию?
Смит невесело усмехнулся:
— Ученым, а тем более медикам, не положено измышлять гипотез перед генералами, сэр.
Хенце расхохотался:
— Пожалуй.
Генерал Карлос Хенце, главнокомандующий объединенных сил НАТО в Европе, был жилист, точно взведенная пружина.
— Хорошо, подполковник. — Хенце решительно кивнул. — Давайте так — я расскажу вам все, что знаю. Садитесь. Да хоть вон туда.
Смит устроился на бархатной софе — судя по вычурности, эпохи Наполеона III, — а генерал, словно забыв о своем собеседнике, вновь отвернулся к окну, упиваясь буколическими видами.
