Вне всякого сомнения, связанное с еще двумя убийствами в Стране Басков. На настоящий момент ваши результаты равняются нулю. Ваше единственное достижение состоит в том, что вы позволили подозреваемому скрыться в неизвестном направлении.
Она быстро припомнила все, что удалось сделать. Она установила личность жертвы. Нашла свидетеля — или подозреваемого. Выяснила модус операнди убийцы. За три дня. Не так уж плохо. Но в сущности Деверса прав. Она просто делала свою работу. Добросовестно, но без искры гения.
— Есть и еще кое-что, — добавил комиссар.
Анаис вздрогнула. Неужели все-таки отстраняют? Она жила в постоянном страхе, что ее уволят. И не потому, что она женщина. Не потому, что она молода. А потому, что она — дочь Жан-Клода Шатле, чилийского палача, обвиняемого в убийстве более двух сотен политических заключенных.
Но Деверса нанес удар с неожиданной стороны:
— Говорят, у вас личные взаимоотношения с подозреваемым.
— Что-о? Кто это говорит?
— Не важно. Вы встречались с Матиасом Фрером вне рамок служебной деятельности?
— Нет, — солгала она. — Я вообще встречалась с ним всего раз. Расспрашивала про его пациента. Патрика Бонфиса.
— Не раз, а два. Вы ходили к нему домой вечером пятнадцатого февраля.
— Вы… вы что, следили за мной?
— Нет, разумеется. Это всплыло случайно. Кое-кто из наших ребят видел вашу машину перед домом Матиаса Фрера.
— Не имеет значения.
Вот сволочи. Мир населен сволочами. А полицейские — худшие из сволочей. Всюду суют свой нос. Доносительство у них в крови. Она бесцветным голосом произнесла:
— Да, это правда. Я допрашивала его еще раз.
— В одиннадцать вечера?
Она не ответила. Теперь ей стало ясно, за что именно ее отстранят от расследования. К глазам подступили слезы.
— Я занимаюсь этим делом или уже нет?
— Над чем конкретно вы сейчас работаете?
— Завтра утром собираюсь присутствовать при обыске дома погибших в Гетари.
— Вы уверены, что ваше место именно там?
— Я вернусь завтра же утром. И хочу напомнить вам, что машина Матиаса Фрера была обнаружена неподалеку от места преступления.
— Жандармы не возражают?
— С ними у меня никаких проблем.
— Будьте в комиссариате до полудня. Судья намерен вызвать вас после обеда.
— Называйте это, как вам угодно. Но имейте в виду, что до вашей встречи он хочет получить подробный рапорт. Полный отчет о всей проделанной работе. Надеюсь, у вас бессонница, потому что вы должны отправить ему материалы завтра утром по электронной почте.
Деверса уже собрался повесить трубку, когда она вдруг спросила:
— Вы когда-нибудь слышали о ЧАОН?
— Да, что-то такое слышал… А почему вы спрашиваете?
— Один из принадлежащих им автомобилей может быть связан с делом.
— Убийством на пляже.