Януш сообразил, что до сих пор не расспросил тех, кто должен был знать его лучше всего. Но сейчас уже слишком поздно. Его фотографии наверняка разослали по всем благотворительным общежитиям. Тут его осенила новая идея. Он порылся в карманах и нашел визитку, полученную от мужчины в поезде, проходившем через Биарриц.
— Тут где-нибудь есть телефон-автомат?
Днем площадь напоминала африканский базар. Но в этот час здесь царила тишина. Уличные торговцы исчезли вместе со своими палатками. На витринах магазинчиков красовались железные шторы. Землю усеивали птичьи перья, апельсиновая кожура, смятые бумажки в пятнах жира. В воздухе ощутимо веяло помойкой. Почти невидимые в темноте, мимо тихо скользили призрачные фигуры — женщины в чадрах, мужчины в куртках с надвинутыми на лоб капюшонами…
— Шевелись давай! — прикрикнул на Януша Шампунь. — Мистраль поднимается.
Телефонная будка примостилась возле Триумфальной арки в центре площади, скрытая парковыми соснами: идеальный вариант. Шампунь вручил Янушу телефонную карту в обмен на купюру в десять евро.
— Пойду пополнить запасы, — объяснил лысый бомж, направляясь к еще открытой арабской лавчонке.
Януш закрылся в будке и набрал номер Ле-Гуэна. Лишь оказавшись в укрытии, он понял, под каким ветром стоял на улице. Сосны по соседству жалобно стонали. Стекла в кабине дребезжали. В щели врывалась леденящая сырость.
— Даниель Ле-Гуэн? Это Виктор Януш. Вы меня помните?
— Конечно. Мы же виделись два дня назад в поезде из Биаррица.
— Я хотел перед вами извиниться. За свое тогдашнее поведение. Я… У меня проблемы с памятью.
— Есть вещи, о которых лучше забыть.
Януш решил сменить тон. В чем, в чем, а в сострадании он не нуждался.
— Напротив, я хочу все вспомнить. Мы с вами познакомились в общежитии «Эммауса» в Марселе, верно?
— В общежитии «Красная вершина».
— Когда именно я там появился?
— Ты приехал в конце октября.
— Я уже знал Марсель?
— Нет. Ты вообще выглядел… несколько не в себе.
— Этого ты нам не сказал.
Теперь ему приходилось кричать, заглушая рев ветра.
— Ты пробыл у нас два месяца. Работал на сортировке вещей и в магазине. Спал в общежитии. Производил впечатление серьезного и немногословного человека. Вне всякого сомнения, образованного, хотя не чурался никакой работы. Поначалу ты вообще ничего о себе не помнил. Но постепенно память к тебе вернулась. Вернее сказать, ты мысленно воссоздал собственную личность. Вспомнил свое имя. Виктор Януш. Но о своем прошлом не распространялся. Почему и каким образом приехал в Марсель, тоже не объяснял.
— Со мной были какие-нибудь проблемы?
— И да и нет. В середине декабря ты начал подолгу пропадать. На целые дни. А иногда и ночевать не приходил.
— Ну, трезвым ты редко возвращался.