В комнате царила нешуточная ревность — мужчина прятал билеты обратного в поездке как будто прячет сокровище от непрошенных гостей. Варя, ожидая долгожданных каникул, была обескуражена тем, что он забыл купить билет обратно, а это могло угрожать их отношениям.
Ну а то, что стал слишком часто отмалчиваться… Так ведь это тоже можно считать достоинством! Многие женщины так и представляют себе настоящих мужиков – молчаливыми, сдержанными… Но только он таким раньше не был. Мне лучше знать. Я уверена – что-то с ним произошло. А если он не хотел мне говорить – значит, я стала ему чужой… Ну, как я могла объяснить это в милиции?»
Впрочем, там ее об этом не спрашивали. Протокол занял полторы страницы. Прежде чем подписать его, Варя внимательно прочитала текст. Был сделан явный упор на то, что она, Кузмина Варвара Александровна, во время отпуска в Санкт-Петербурге предупредила мужа, Кузмина Андрея Петровича, что подаст на развод по приезде в Москву.
На свет были извлечены аккуратно сложенные рубашки Андрея – три грязные, две чистые. Несколько маек. Шорты, которые он в каком-то кафе облил капуччино. Варя хотела их застирать, когда они вечером вернулись в гостиничный номер, но почему-то не сделала этого. Ей смутно вспомнилось, что как будто они опять выясняли отношения. Значит, стирка была исключена, и оставшиеся дни Андрей догуливал с пятном на правой штанине. Мама с удивлением рассматривала пластиковый лоток с питанием:
– А это что?
Варя объяснила, что это выдавали в поезде, и мать изумилась окончательно:
– Как в самолете стало! Господи, там же ехать всего восемь часов! Неужели все такие голодные?
– Думаю, что мало кто это ест, – заметила Варя.
Мать унесла еду на кухню. Пока она разбирала продукты и укладывала их в холодильник, отец пристально смотрел на Варю, будто ожидая, что она ему что-то скажет. Она не выдержала этого взгляда:
– Ты что, пап? Тоже меня обвиняешь?
– А кто еще тебя обвиняет? – вопросом ответил он.
– Ты, правда, перестала с ним разговаривать? – спросил отец.
– Да. Вчера утром перемолвились парой слов, и все.
– И днем больше не виделись?"
"Варя с досадой отбросила упавшие на глаза волосы, как будто они были во всем виноваты:
– Знаешь, папа, мне ничуть не хотелось его видеть! Мы уже не могли друг друга выносить.
