В Пятигорске в один день разворачивается нечто нереальное: полковник, казалось бы, спасённый из опасности, внезапно оказывается перед угрозой жизни от двух молодых ниндзя-агентов. Вокруг него завязывается тайная история смертельной боевой интриги и загадочного исчезновения человека, о чём никто не догадывается....
Ты кладёшь его в карман, это выглядит очень естественно… А когда достаёшь руку, в ней уже находится смертоносный предмет. Даже если рядом опытные люди, всё равно лишняя секунда — твоя…
Лежал полковник неудобно, свернувшись калачиком, поэтому я вогнал нож ему в ухо. Он дёрнулся и забился в конвульсиях — машина вся затряслась. Я выдернул нож, и захлопнул багажник. Вытирать не стал, лезвие было в крови, несколько капель упало на пол.
Напоследок я успел заметить, что лицо моей жертвы исказила жутковатая гримаса, а затухающий взор полон искреннего недоумения.
Умирающий взгляд полковника шептал: «Не может быть! Это что, шутка такая?!»
Такой большой, а такой глупый. И чему тут удивляться? Когда имеешь дело с такими мерзавцами, надо быть готовым ко всему. В том числе и к самому худшему. Нормальным людям твои удостоверения и пропуска не нужны, так что надо было учитывать, с каким контингентом придётся иметь дело…
Так, ну всё. Теперь вернёмся к нашим баранам. То есть я не соратников имею в виду, что разинули варежки до пола, а к ситуации, знаете же, присказка есть такая.
Ильяс мне нравится. Единственный из всех бровью не повёл.
Остальные в трансе. Даже Артур, который уже имеет опыт общения со мной, заметно шокирован.
В театре про такое говорят «немая сцена».
Оперативная пауза. Все замерли, оторопь, эмоции…
В глазах дагов — уже было начавший забываться ужас. Вчера в их присутствии резали людей, ночь прошла, как-то всё стало отдаляться… А сегодня — опять. Такое вот страшненькое правило вырисовывается.
Будет, ребята, будет. Персонально для вас — всегда, но недолго. Скоро всё кончится, и будете вы отдыхать.
У Арсена и Шарипа в буквальном смысле челюсть отвисла. Арсен сразу и не понял, что я сделал (он позади стоял, когда я склонился над багажником), подошёл посмотреть.
Бойцы Шарипа, люди опытные, смерть им не в диковину, вжали головы в плечи и смотрят в пол. Не вижу, что в их глазах: глаза ведь у нас основной индикатор, особенно, если человек умеет прятать свои эмоции и владеет мимикой лица.
Если кто подумал, что им всем жаль Руденко — зря вы так. Плевать им на какого-то гяура, это для них не более чем расхожий материал специфического бизнеса.
Тут вопрос не в том, кого и каким образом я сейчас убил. Тут вся фишка в том, где именно убил и при каких обстоятельствах.
Я привёл человека в дом Арсена, обращался с ним по-дружески, затем вдруг взял и зарезал на глазах у всех.
