— Я тоже подумаю, подключусь. А как в путь двинем, то девушек, что привезли из острога от Жука и еще человек пять до своего уровня учить начнешь. Чтобы шить умели, резать и работать в госпитале. Понял?
— Попробую, воевода. Попробую.
Сомневаешься все. Получится, дело-то за малым — начать. Делать нужно и все получится, а если сидеть просто, штаны протирать, то вода под лежачий камень не польется. Да, дело нехитрое и по факту эти хирурги будут как медбратья из моего времени, в лучшем случае. Но, даже такой прогресс повысит выживаемость на поле боя. А это огромный плюс.
— Третье. Раз согласен учить, то придется тебе с моим войском на север двигаться.
Он тяжело вздохнул. Чувствовалось, что старость давит на него, хотя не был он дряхлым, вовсе нет. Просто, как-то так складывалось, что смирился уже со всем, стремления потерял, страхом они все заполнились. Вот и стал стариком, которому еще срок какой-то отведен, но душа уже и не горит вовсе.
— Надо, значит, надо. — Ответил после паузы.
— Четвертое. Самое важное. — Смотрел на него пристально. — Что про Елец скажешь и тамошнего воеводу? Он вроде же Лжедмитрием ставлен.
Оговорился… Ну ладно, посмотрю на реакцию.
Войский действительно дернулся, уставился на меня. Имя царька, вора, в поданном мной выражении удивило.
— Эко ты интересно сказал… — Словно попробовал на язык слово. — Лже… Дмитрий. Лже… интересно.
Я ждал, смотрел на него. Реакция меня порадовала. Оспаривать не стал, хоть и служил самозванцу.
— А что тут говорить, Игорь Васильевич… — Он почесал затылок. — Семен Белов человек опытный, не то что я. В войсках давно. Он за Ивана Исаевича Болотникова кровь проливал. Атаманом у него был. Когда Воротынский с царскими войсками пришел за Пашкова, что Елец оборонял, бился. Ну и местность знает хорошо, давно там. Меняли его раз, но потом вернули.
— Да, когда Дмитрий… Лжедмитрий на Москву шел, в Тушине сидел, то туда Белов ходил с отрядом. А как побил нас… То есть Дмитрия… Лже. Скопин как побил, так развалилось все. Отступили, бежали, ну и воротился он обратно. — Сделал паузу, подумал, добавил. — Тут сел. Может, и не ставленный, кстати. Может, сам. Это меня послали в Воронеж, а его, не ведаю. Он как-то в момент разгрома и ушел до Ельца.
Интересно. Если сам пришел, а не поставлен, то может быть и верность воровскому царю шаткая. Хорошая информация, дельная, проверить ее как-то надо.
— А ты его лично знаешь. Поговорить сможешь с ним?
— Ну… Знаю. В лицо даже. В Тушине мы с ними пересекались пару раз.
