Автор
В здании ГАИ загорелась машина с ключами в бардачке. В центре города происходят маленькие инциденты, и подозрения падают на чиновников. Тревожно, когда опальный министр внутренних дел сам приходит к директору полиции за отчетом. Здесь начинается расследование необычного дела с паутиной загадок и интриг....
Вызовите курьера или пошлите человека в участок с моей запиской.
Коновалов задумался:
– Курьера без эриксона я вызвать не могу. Человека послать – а вдруг его ваши «друзья» перехватят? Хотя… смотря какого человека… Есть у меня один, он куда хочешь пройдет. Давайте так. Вы сочиняйте записку, а я отошлю ее в участок. С пожарным.
– Отличная мысль, – с ходу одобрил статский советник. Он, правда, не понял, почему пожарного никто не остановит, но спорить не стал. Вынул перо и написал на листе бумаги: «Приставу Второго участка Выборгской части капитану Вогаку.
Антрепренер позвал пожарного. Явился похожий на медведя ухарь с прокуренными усами, в каске и брезентовой робе.
– Ага? – спросил он, высокомерно глядя на сыщика сверху вниз.
– В каком смысле?
– Ну, чево?
– Записку в полицию снести.
– Давай.
Пожарный сунул бумагу в карман, но уходить не спешил. Алексей Николаевич догадался и вложил ему в огромную лапищу полтинник.
– Выпьешь на обратном пути. А сейчас на всех парах в участок!
Через минуту пожарный вразвалку спустился на панель. Алексей Николаевич с Коноваловым наблюдали за ним из-за шторы. Грубо растолкав фартовых, дядька быстрым шагом удалился. Никому и в голову не пришло остановить его…
– Ждем, – лаконично прокомментировал сыщик.
Антрепренер вынул из стола бутылку «Шустова» и две стопки:
– По маленькой? За искусство!
– За это с удовольствием.
– Пять минут назад.
Они махнули по единой. Хозяин кабинета внимательно наблюдал за неожиданным гостем, потом сказал:
– Ну у вас и служба… В театр сходить не дают. Вы, поди, без револьвера?
– Без.
– А кто эти люди, что вас поджидают?
– Уголовные.
– Наступили им на мозоль? – продолжил расспросы Коновалов.
– Это моя обязанность – наступать таким ребятам на болезненные места. Раньше они терпели, а теперь стали огрызаться…
Сыщик и антрепренер успели выпить еще пару раз, когда пришли полицейские во главе с самим приставом.
– Алексей Николаич, что случилось? Бежал, как только мог!
– Прошу меня извинить, Лев Платонович, но чуть не дюжина головорезов явилась вдруг на спектакль. Боюсь, не по мою ли душу. А я как раз веду опасное дело. Даже если с испугу померещилось, вы уж того… выведите нас с женой отсюда и доставьте домой.
