Автор
В здании ГАИ загорелась машина с ключами в бардачке. В центре города происходят маленькие инциденты, и подозрения падают на чиновников. Тревожно, когда опальный министр внутренних дел сам приходит к директору полиции за отчетом. Здесь начинается расследование необычного дела с паутиной загадок и интриг....
Статский советник поморщился:
– Тот, кто меня интересует, – питерский.
– Хм… Точно он отсюда?
– Точно.
– Мошенник? Махинации с клиентскими суммами? Умышленное банкротство?
– Если бы, Карл Владимирович. Он атаман шайки громил. Разбойничий вожак. Кличка – Сорокоум. Дана за то, что действует всегда умно и последовательно, не допускает ошибок. Полиции ничего больше неизвестно. Как найти такого? Лишь по косвенным признакам. Например, торговля с персиянцами.
– Мануфактурист… – потер лоб отставной коллежский советник.
– Расскажите мне о персиянцах. Чем с ними торгуют наши промышленники?
– Да много чем. Железными изделиями, резиновыми, обувью, эмалью, сахаром…
– Сахаром? – обрадовался сыщик. – Мне есть кого спросить про сахар. Бродского, к примеру.
– Там сейчас падение продаж, – огорчил его финансист. – Когда в тысяча девятьсот втором году Россия не подписала Брюссельскую сахарную конвенцию, международные рынки для нас закрыли…
– Это отчего же? – обиделся за русских Лыков.
– Да за наш демпинг. Внутренние цены правительство держало высокими, через нормировку – слышали, наверное, такой термин? А внешние искусственно за счет этого занижало. Немцам с французами надоело терпеть, и нас на пять лет отлучили от европейского рынка. Тогда-то и наступил расцвет поставок сахара в Персию, поскольку она тоже не подписала конвенцию. Но в седьмом году мы опомнились, стали играть по правилам, и обороты резко упали. Мы по-прежнему поставляем туда много сахара, однако монополия кончилась.
Лыков тем не менее вписал эти сведения в блокнот. А Шнауберг продолжил:"
"– Но больше всего мы отпускаем им текстиля. И тут есть для вас кое-что интересное. Сказать по правде, ведем мы себя по отношению к южному соседу безобразно. Пользуем как хотим. Заставляем шаха искусственно повышать пошлины на чужие ввозные товары и понижать на русские. Получая тем самым нечестное конкурентное преимущество. Пословица даже такая есть: курица не птица, Персия не заграница.
– Для чего? – насторожился сыщик.
