В глубинах неведомого мира, где суть времени и пространства скрывает свои тайны, мир внезапно разбиваетсь на миллион отражений. В одном из них ты встречаешься со странными существами и закодированными правилами нового порядка. Эта книга – не просто описание невероятного путешествия, но и призыв к осознанию того, как мы видим мир....
– Хм, – протянул я, – а ведь именно на турнирах Нрия и показала себя как уникальный светлый маг с неимоверной силой и мощью, ведь это так?
– Да, – подтвердила Ралиса, – равных ей там не было сразу. Да и таких сильных магов, чтобы она не так выделялась на их фоне, особенно светлых, в тот период в Академии не было.
– Понятно, – произнес я, – а светлые миры он проверить не мог, так как сразу бы засветился там. Сам-то он тоже, скорее всего, невероятно сильный маг.
– Все верно, – удивилась Ралиса, – откуда ты это знаешь?
– Догадался, – честно ответил я ей.
– Понятно, – сказала девушка и продолжила: – Мы и сами все время гадали, почему настолько сильный темный маг… и тут я не уверена даже, что она, – и Ралиса кивнула в сторону Нрии, – превосходила его по своим возможностям… так вот, почему он пошел не в практическую, например, боевую магию, а ударился в сугубо теоретическую дисциплину, занявшись ритуалистикой?
Я хмыкнул.
– Это самый сильный тип магии, позволяющий работать с неимоверными объемами магической энергии и оперировать наиболее мощными плетениями.
– Так есть же рунологи, – возразила мне Ралиса, – они могут работать с плетениями наивысшего, двенадцатого уровня.
– Да, – посмотрел я на нее, – но ему почему-то необходима была именно ритуалистика.
И я задумался. Что-то я уже или слышал, или что-то проскальзывало в моей памяти не так давно. И я быстро провел поиск по недавно обработанной информации.
«Точно, вот оно», – в тех знаниях, что я вытащил из воспоминаний магов-ритуалистов, был ответ на мой вопрос.
– Ритуалистика может то, что не даст ни один другой тип магии, – пробормотал я и перевел свой взгляд на Нрию.
– Какой? – несколько настороженно спросила она, уже давно сообразив, что я интересуюсь ее учебой в Академии не просто так.
– Только она работает с жертвоприношениями, – честно сказал я девушке. А потом перевел свой взгляд на Ралису.
Дочка Гары на пару мгновений задумалась.
– Знаешь, – несколько обескураженно ответила она, – а я ведь о нем уже давно ничего не слышала. Еще с момента нашего выпуска. Я тут недавно, по делам, наведывалась к себе на факультет, так Курз, это так звали карга, о котором я тебе говорила, там уже не работал. И насколько я помню, уже на нашем выпуске его не было, но тогда я особо не придала этому значения.
