Автор
В забытой Пекарне время замедляется, и там внезапно появляются новые персонажи — детишки, ожившие из будущего. Вокруг хаос, но в душе приходит спасение от детского голоса, пугающего смеха и чьей-то неизвестной молитвы. Здесь начинается сюрреалистическая история о взрослом попадании в мир, где время стопорится, а дети — непонятные гости из другой реальности....
Она-то как раз таки не ожидала здесь кого-то увидеть.
— Срок рожать, — отвечает старушка, и я ощущаю, что у меня по ногам течет вода, а в поясницу резко прострелило так, что я чуть ли не на колени падаю от боли.
— Ты что сделала, старуха? — к Лабрии бросается Винченцо, но мой вздох-стон меняет траекторию его движения, и он подскакивает ко мне.
— Это не я сделала, это вы, господин инквизитор, постарались, — смеется женщина беззубым ртом. — Так, папаши, ведите будущих мам в дом и будьте на подхвате."
"Все, что происходило дальше, был театр абсурда.
Один раз из-за занавески даже раздался грохот. Видимо, все-таки отец не выдержал и грохнулся в обморок. Но старуха быстро, пинками и отборной руганью привела его в себя. Винченцо же держался молодцом, только очень уж часто его глаза становились звериными, когда он ненавидяще смотрел на старуху. А она лишь покрикивала, чтобы он своего зубастого держал при себе, и что без ее усилий нам пришлось бы в разы хуже.
И вот, наконец, раздался долгожданный крик малыша, а если точнее — малышки. Как оказалось, у нас у обоих появились на свет девочки.
— Ну-ка, ну-ка, — старушка обтерла и замотала дочь Хильды и сейчас занималась нашей, а я коршуном следила за женщиной. Неспроста она появилась из неоткуда, и потому я ждала подвоха. И он всплыл, когда Лабрия приподняла ребенка и провела над ней рукой.
— Так-так-так, — задумчиво проговорила женщина. — Дар огня от бабки, а от матери — возможность слышать мысли убийц.
