Автор
В забытой Пекарне время замедляется, и там внезапно появляются новые персонажи — детишки, ожившие из будущего. Вокруг хаос, но в душе приходит спасение от детского голоса, пугающего смеха и чьей-то неизвестной молитвы. Здесь начинается сюрреалистическая история о взрослом попадании в мир, где время стопорится, а дети — непонятные гости из другой реальности....
Сабрина пообещала, что не будет больше никого так лечить, и я вроде бы успокоилась. Мы помылись и привели себя в порядок. Я Все же забинтовала руки, чтобы не привлекать к ним излишнего внимания. Все же не хотелось объяснять, как я так излечилась за пару часов, проведенных на втором этаже. Постепенно шрамы затянутся окончательно, и я смогу снять повязки. Я еще несколько раз взяла с Сабрины клятву, что она никому не расскажет о своей способности. Я не хотела, чтобы хоть одна живая душа знала об этом. Даже Винченцо.
Мы спустились как раз, когда Брунхильда выносила большой ягодный пирог в беседку во внутренний дворик. Там уже был накрыт стол и стояла пузатая бутыль, снизу оплетенная виноградной лозой. В честь благополучного возвращения дочерей папаша Джузеппе закрыл пекарню раньше положенного времени. Всем любопытствующим сказал приходить завтра с утра. Сообщив, что будет праздник и угощение.
Все-таки Джузеппе Марендино благодушный и щедрый старик. Хотя почему старик? Невзгоды и рано ушедшая жена состарили его раньше времени, но озорной блеск в глазах присутствовал.
"Отец радостно улыбался и поглядывал то на нас, то на младшую сестру Петеголла. Винченцо сидел с немного расслабленной улыбкой, и я то и дело ловила на себе его взгляд. Сабрина, забыв о перенесенных невзгодах, бегала радостно вокруг.
Мы все сели за стол.
— В честь счастливого возвращения моих дочерей и поимки преступников объявляю тост! — папаша Джузеппе поднял вверх стакан. Мы принялись за праздничный ужин и весело болтали.
— Ну что ж, я надеюсь, что наступило это самое “потом”, — я многозначительно посмотрела на инквизитора.
— Думаю, да, — Винченцо усмехнулся.
