Автор
Весна не пришла, и тишина держит город в своих объятиях. Горечь привычно заполняет ровный разговор между близкими людьми, пока внутри каждый теряет связь с собой и другим. В трубке — гнетущая неподвижность, как будто время застыло в мертвой хватке на одной из перекрестков города....
Я улыбаюсь и подмигиваю, но Мишка только смотрит исподлобья.
Вот это взгляд!
— Чем занимаетесь? — как бы невзначай интересуется он. Взяв стул, поворачивает спинкой вперед и усаживается напротив нас.
— Жду, пока мне документы подпишут, — беспечно жмет плечами Коля, — а, пока вон к Златке с расспросами пристаю. Никак не могу понять, зачем она из столицы перебралась в наше захолустье.
— Ничего не захолустье! — тут же возмущаюсь я, — обычный город.
— Тут ни перспектив нет, ни возможностей для развития. И в этом ты меня никогда не переубедишь, — Миронов категорично качает головой.
— Даже пытаться не буду…"
"Возможно, мы бы с ним спорили дальше, но его вызывают в кабинет к Ольге Валентиновне. Он резво подскакивает со своего места и несется к двери, на ходу бросая:
— Мих, пока! Злата, было приятно пообщаться.
— Счастливо, — нестройным хором отвечаем ему в спину и, наконец, остаемся вдвоем.
Краев вскинув брови, смотрит на меня:
— Надо же, какие у вас жаркие обсуждения.
— Обычные обсуждения, — миролюбиво жму плечами, подхожу к нему со спины и обнимаю, уткнувшись носом в шею.
Чуть ли не урчу от удовольствия. Мысли тотчас сворачивают в нерабочее русло. Хочется прижаться к нему, проложить дорожку поцелуев от шеи и ниже, почувствовать под ладонями гладкую кожу, а потом…
Злата! Уймись! Оставь свои шальные фантазии до вечера! Тем более сейчас он точно не настроен на телячьи нежности.
Сидит, сложив руки на спинке стула, смотрит прямо перед собой. Вроде спокойный, но я-то вижу, чувствую его недовольство.
— Мы просто с ним разговаривали, пока он ждал Ольгу Валентиновну, — со вздохом отстраняюсь от него.
— Я разве что-то по этому поводу сказал?
— Тебе и не надо ничего говорить, все на лице написано. Большими, красными буквами.
— Даже так? — карие глаза хищно прищуриваются, — и что же на мне написано?
— Ты ревнуешь. Да-да, — киваю для пущей убедительности.
— Серьезно? — смотрит на меня в упор, так что становится неуютно.
— Серьезнее не бывает. Сразу предупреждаю, я не любитель выяснять отношения.
— Я тоже…
— Это здорово, — натянуто улыбаюсь, — тем более повода нет. И на будущее, я приверженец того, что в отношениях все должно быть просто. Есть доверие — есть отношения, нет доверия — нет отношений.
О, как завернула! Прямо философ с большой буквы!
— Миронов приходил по своим делам, и мне до него нет никакого дела, — добавляю на тот случай, если Миша не уловил суть моей пламенной речи.
Он криво усмехается, но взгляд теплеет.
