Автор
Весна не пришла, и тишина держит город в своих объятиях. Горечь привычно заполняет ровный разговор между близкими людьми, пока внутри каждый теряет связь с собой и другим. В трубке — гнетущая неподвижность, как будто время застыло в мертвой хватке на одной из перекрестков города....
— Хорошо, что ты вернулась, — наконец, успокаивается Аня и отлипает от моего глубоко беременного пуза, — ты не представляешь, как я соскучилась.
— Я тоже.
Я действительно соскучилась. Несмотря на то, что в этом городе было очень больно, стоило только сюда вернуться, и мне стало легче дышать.
— Какие планы?
— Никаких. Спокойно доходить оставшееся время до родов. Вязать пинетки, рыдать над мультиками и обжираться имбирными пряниками."
"Последние во время беременности стали моим фетишем. Я реагировала на них, как кошка на мяту — готова мурлыкать и тереться о сахарный кругляш, приговаривая «моя прелесть».
— Но на свадьбу-то нашу придешь? — тут же напряглась сестра, — на следующей неделе. В пятницу. Успеваем?
— Успеваете, — рассмеялась я, — конечно, приду.
Это одна из немногих причин почему я вернулась именно сейчас. Пропустить такое событие у Измайловых я не могла. Подарок специально с собой из другого города перла — хендмейдовский альбом для фотографий. Не знаю, как Женя, а Анечка такие штуки просто обожает.
— Мы тебе место самое хорошее подготовим. Удобное. С подушечками.
— Пфф, да уж сразу ставь мне раскладушку. Всхрапну заодно, если притомлюсь.
Мы смеемся. Как в старые, добрые времена, когда казалось, что проблемы если и существуют, то где-то в другом измерении и до нас им точно не добраться.
Добрались. Но сейчас мне не хочется об этом думать. Зато Аня внезапно становится серьезной. Закусывает губу, не решаясь начать неприятный разговор и смотрит на меня из-под лба.
— Ну давай. Начинай, — даю отмашку для допроса, — спрашивай, что хотела.
— Краев?
— Я сегодня у него была.
— Так сразу? — Аня вытаращила глаза, — только приехала… и к нему?
— Ага, на крыльях любви, — горько произнесла, чувствуя, как эти самые крылья, окровавленные и обугленные, едва шевелятся за спиной, — нет смысла тянуть.
— Железная ты, Златка. Я бы не смогла.
Я тоже еле смогла. По самой грани прошла. Еще бы немного и сорвалась, потому что не переболела, и одного взгляда на его несчастную физиономию хватило чтобы заново вспороть загноившиеся пульсирующие раны.
