Автор
Весна не пришла, и тишина держит город в своих объятиях. Горечь привычно заполняет ровный разговор между близкими людьми, пока внутри каждый теряет связь с собой и другим. В трубке — гнетущая неподвижность, как будто время застыло в мертвой хватке на одной из перекрестков города....
***— Все, поехали, а то гнома заморозим!
Они направились к машинам. И так получилось, что Измайлов оттеснил Аню с Мариной Владимировной к своей машине, а Злата с Мишей остались по другую сторону.
— Женя! — зашипела Анечка, слишком поздно сообразив, что он пытается сделать, — я тебя….
— Садись, — он распахнул ей дверь и взглядом указал в салон.
— Нет, подожди!
— Садись, — с нажимом, пресекая любые споры и возражения.
— Я должна…
— Не суйся, — надвинулся на ее, вынуждая опуститься на сиденье.
— Дома поговорим, — прошипела Измайлова.
— Непременно, — Женя захлопнул дверцу и обратился к Златиной маме, которая в недоумении переводила взгляд то на одного, то на другого, — садимся Марина Владимировна. Сейчас отправимся в путь.
Обернувшись, он подмигнул Мише, и одними губами беззвучно произнес:
— Удачи.
Злата растеряно наблюдала за тем, как ее сестра и мать садятся в машину, и уезжают, а она сама остается рядом с Мишей, на руках у которого мерно посапывал сын.
— И зачем все это? — в голосе нотки паники, и глаза снова на мокром месте.
— Просто отвезу вас…куда скажешь.
— За ними давай, — устало согласилась Русина
А чего он ждал? Что скажет поехали к тебе? К нам? Дурак.
— Садись.
Чуть поморщившись, Злата забралась на заднее сиденье и приняла к себе ребенка.
Краев как-то запоздало хватился, что нужна переноска или детское кресло, для безопасных перевоза младенца. Завтра он непременно купит все необходимое, но сейчас уже было поздно метаться.
— Веди аккуратно, — хмуро произнесла Злата и подняла уголок, открывая лицо малыша.
И тут же исчезла горькая складка между бровей и взгляд наполнился безграничной любовью, делая ее еще красивее.
Так бы и любовался.
— Миш? Ты заснул?
Завис. Захлебнулся в том водопаде нежности, который обрушился на него при взгляде на эту женщину.
— Прости, — он аккуратно прикрыл дверь и, бегом обогнув капот, заскочил на водительское сиденье.
Впервые в жизни он ехал так медленно. Заранее притормаживая на светофорах, моргая поворотника на любое перестроение и придерживаясь строго в рамках установленного скоростного режима.
Злата сидела позади него, и с улыбкой гладила Артема по крошечному розовому носику. Шмыгала носом и закусывала губы, чтобы не разреветься.
— Злат, все в порядке?
— Да, — вытерла рукавом слезы, — просто растрогалась. Гормоны беснуются.
На него она так и не взглянула, но реветь перестала, и до самого дома не обронила ни слова.
