Пепел: В руках незаметного путешественника прячется тайна Седьмого Неба. Подземелья красной кометы раскрывают дверь в бездну демонов, а посох и ускоренная походка подстегивают героя к опасным миссиям. Его судьба сливается с неведомой трагиками над всеми богами, будь то смертные или бессмертные....
Пепел вздернул посох над головой и с неба спустился желтый дракон. Он заревел и ударил в землю, где мгновением ранее стоял великий мечник.
Арлун, тяжело дыша, смотрел на то как черное небо исторгало десятки молний, готовых поразить не только маленького человечка, но и спалить все вокруг. В ярости битвы Пепел зашел слишком далеко. Он забылся, применяя слишком сильные заклинания, нарушив тем самым молчаливое соглашение между двумя Странниками.
— Аура клинков!
И в тот же миг молнии исчезли, так и не достигнув земли.
Арлун применил второе умение, записанное на свитке, что по счастливой случайности получил небезызвестный мечник Лари Криволапый. Умение, способное поразить целый полк или раскромсать на кусочки небольшой замок, тем не менее старательно обходило стороной домик с небольшой пристройкой.
Мечник принял низкую стойку, вытянув клинок перед собой. Ливень из мечей рухнул на Пепла, скрыв его фигуру под лавиной мерцающей стали. Рыцарь задышал ровнее — он, как и любой творец, наивно счел свое творение идеальным."
"Эш ударил посохом о землю и мириады мечей истлели в пламени. С посоха спал огненный покров и лишь красные вены и кожа говорили о том, что магик не отменил третьей формы.
— Четвертая форма: — глаза рыцаря расширились от страха. Нет-нет, он боялся вовсе не за себя, а за жену, безмятежно спящую в доме, пребывая во власти сонного зелья. — Созидание!
Когда на землю вновь хлынули дождевые потоки, а стены сруба задрожали от грома, небо прорезал волчий вой. Вокруг мага кружились сотни волков, сотканных из пламени. Но сколько бы не было обманчиво это видение, оставляемые следы на паленой траве не заставляли сомневается в том, что когти и клыки у них остры как у настоящих.
Пепел вновь вонзил посох в землю и теперь уже его «лавина» накрыла собой мечника. Арлун разил пламя, заставляя огненных зверей исчезать подобно выплюнутым костром искрам. Но сколько бы они ни бил, сколько не разил, а волки все равно находили плоть. Рыцарь зарычал от боли, когда клыки и когти резали кожу, а тела оставляли страшные ожоги.
Арлун, поняв что волшебник не успокоится и не сбавит темп, глубоко вздохнул и дернул гарду клинка.
