Пепел: В руках незаметного путешественника прячется тайна Седьмого Неба. Подземелья красной кометы раскрывают дверь в бездну демонов, а посох и ускоренная походка подстегивают героя к опасным миссиям. Его судьба сливается с неведомой трагиками над всеми богами, будь то смертные или бессмертные....
Эш заметил как по лбу Лари катятся крупные градины пота, а костяшки пальцев, до белизны сжавшие эфес клинка, могли поспорить в цвете только с губами, вытянувшимися в тонкую линию. Остальные “герои” тоже были на взводе. Каждый одновременно и страшился и предвкушал приключение в спящем Грэвен’Доре.
“Что ж, — подумал волшебник. — Пусть он и дальше спит. А с ним и Ана’Бри”.
И стоило магику подумать об этом, как цветок вновь ожил. Пять лепестков, напоминавших сжатую ладошку ребенка, задрожали. Дар Ар’Валона изменил направление и степенно поплыл ко льду.
Раскалывался вековой ледяной щит, визжали петли уже давно забывшие что такое масляная смазка. Хрустело то, что некогда называлось брусчатным полом, сейчас же это больше походило на пол какой-то пещеры.
— Замечательно, — прохрипел Мервин в который раз сокрушаясь над своей несчастной бородой. — Что может быть ху…
— Не каркай! — хором грохнул отряд, но было поздно.
Огромные сосульки не выдержали подобного обращения и с треском надломились у основания.
— З-з-заме-ч-чательно, — зубы Мервина клацали будто пасть оголодавшего вампира. — Ч-ч-то…
И не успел он договорить, как Эш еще раз ударил посохом и “Пни” вскрикнули от сжавших их горячих объятий. Из одежд тут же выпарилась вся влага, а вместе с ней и остатки хорошего настроения.
— Пойдемте, — прошипела Мери и приключенцы двинулись внутрь.
Магик наколдовал сферу волшебного огня и та, обогнав шедшего впереди Мервина, стала освещать ребятам путь. Тусклый, рябой свет не мог полностью отогнать тьму и вскоре путь через зал превратился в театр теней.
